Вас договор цессии регресс

1. В чем принципиальные отличия уступки прав (требований) от финансирования под уступку денежного требования, если и в обоих случаях уступается право требования долга (денежных средств) и за уступленное право осуществляется оплата? 2. Что такое факторинг с регрессом?

1. Цессия представляет собой один из случаев перемены лиц в обязательстве, наряду с переводом долга (ст.ст. 391, 392 ГК РФ). Гражданский кодекс РФ не выделяет цессию в качестве самостоятельного вида обязательств. В зависимости от характера права (требования) и условий уступки договор, на основании которого цедент уступает принадлежащее ему право цессионарию, может относиться к одному из видов договоров, которые предусмотрены гражданским законодательством, либо может быть смешанным договором (то есть содержащим элементы различных договоров — п. 3 ст. 421 ГК РФ) или договором, который не предусмотрен законом и иными правовыми актами (п. 2 ст. 421 ГК РФ). Например, требование может быть уступлено на основании договора продажи имущественного права (п. 4 ст. 454 ГК РФ) или договора дарения (п. 1 ст. 572 ГК РФ). В этих случаях к отношениям по договору цессии применяются правила ГК РФ о соответствующих видах договоров. В частности, если продавец (цедент) имущественного права не исполнил обязанность передать требование свободным от прав третьим лицам, покупатель (цессионарий) вправе требовать уменьшения цены либо расторжения договора, если не будет доказано, что он знал или должен был знать об этих правах (п. 1 ст. 460 ГК РФ, смотрите в связи с этим п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54).
Предмет договора цессии частично совпадает с договором финансирования под уступку денежного требования (договором факторинга), согласно которому одна сторона (клиент) обязуется уступить другой стороне — финансовому агенту (фактору) денежные требования к третьему лицу (должнику) и оплатить оказанные услуги, а финансовый агент (фактор) обязуется совершить не менее двух действий, перечень которых приведен в пп.пп. 1-4 п. 1 ст. 824 ГК РФ, связанных с денежными требованиями, являющимися предметом уступки (п. 1 ст. 824 ГК РФ).
Отметим, что до 1 июня 2018 года*(1) ст. 824 ГК РФ была сформулирована иначе, а потому в судебной практике неоднозначно решался вопрос о соотношении договора факторинга и уступки права требования (цессии). Так, отдельные суды рассматривали факторинг как самостоятельный договор, включающий в себя уступку права требования (смотрите, например, постановление ФАС Волго-Вятского округа от 03.04.2006 N А28-10585/2005-259/29, постановление Арбитражного суда Московского округа от 06.02.2017 N Ф05-19375/16 по делу N А40-49359/2016), другие суды исходили из того, что соглашение не может быть признано договором факторинга, если в отношениях отсутствует финансирование одной стороны другой (смотрите, например, постановление Президиума ВАС РФ от 23.05.2000 N 8420/99, постановление ФАС Центрального округа от 22.06.2006 N А54-732/2006-С7), третьи квалифицировали договор факторинга как цессию и применяли к возникшим правоотношениям нормы главы 24 ГК РФ (смотрите, например, постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 27.03.2017 N Ф07-892/2017 по делу N А56-21138/2016, постановление ФАС Поволжского округа от 29.10.2010 по делу N А65-20471/2008).
Теперь же в п. 3 ст. 824 ГК РФ прямо указано, что в части, не урегулированной настоящей главой 43 ГК РФ, к отношениям, связанным с уступкой права требования по договору факторинга, применяются правила главы 24 ГК РФ. Таким образом, законодатель подтвердил, что факторинг является особым случаем уступки права требования. При этом нормы главы 43 ГК РФ о договоре факторинга имеют специальный характер по отношению к общим положениям о цессии, закрепленным в главе 24 ГК РФ.
Сущность правоотношений, возникающих из договора факторинга, заключается в оказании финансовых услуг заинтересованному лицу — клиенту взамен передаваемых требований к должникам этого лица. То есть фактор финансирует клиента и помимо этого предоставляет ему комплекс иных финансовых услуг: по ведению бухгалтерского, налогового учета, сопровождению задолженности, получению платежей от дебиторов и т.п. В этом как раз и состоит основное отличие договора факторинга от общегражданской цессии. Если в рамках цессии основным предоставлением является передача права требования как такового и при этом не имеет значения, денежное оно или неденежное, то по договору факторинга таковым является именно финансирование клиента финансовым агентом, предоставление ему денежных средств и иных финансовых услуг. В этом аспекте факторинг можно рассматривать как своеобразную форму кредитования клиента. В тех ситуациях, когда этого не происходит, то налицо обычная цессия, соответственно, правоотношения сторон будут регулироваться нормами главы 24 ГК РФ, определяющими порядок и основания перемены лиц в обязательстве.
2. Понятия «регрессный факторинг» и «факторинг без права регресса» не являются легитимными (законодательно не определены), однако достаточно распространены в теории и на практике. Разграничиваются данные дефиниции по критерию принятия финансовым агентом риска неплатежа. По общему правилу, сформулированному в п. 3 ст. 827 ГК РФ, клиент не отвечает за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником требования, являющегося предметом уступки, в случае предъявления его финансовым агентом к исполнению (факторинг без права регресса). Однако данная норма диспозитивна и предоставляет сторонам право установить иное правило, именуемое регрессным факторингом, когда финансовый агент вправе потребовать от клиента возврата переданных ему денежных средств в счет переуступленного требования на случай неисполнения обязательств должником.

Ответ подготовил:
Эксперт службы Правового консалтинга ГАРАНТ
Амирова Лариса

Ответ прошел контроль качества

17 октября 2018 г.

————————————————————————-
*(1) Смотрите Федеральный закон от 26.07.2017 N 212-ФЗ «О внесении изменений в части первую и вторую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Понятие цессии, суброгации и регресса в гражданском праве России

(Кораев К. Б.) («Нотариус», 2008, N 3) Текст документа

ПОНЯТИЕ ЦЕССИИ, СУБРОГАЦИИ И РЕГРЕССА В ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ РОССИИ

Кораев К. Б., аспирант кафедры коммерческого права Санкт-Петербургского государственного университета.

Цессия, суброгация и регресс — это самостоятельные теоретические конструкции гражданского права России. Вопреки этому они обладают настолько схожими свойствами, что порой их отграничение представляет собой нелегкую задачу. Поэтому исследование указанных институтов имеет большое теоретическое и практическое значение. В дореволюционный период развития гражданского права России цессии, суброгации и регрессу уделялось большое внимание в юридической литературе. С установлением советской власти теоретический интерес к данным конструкциям значительно понизился. Это было связано с отсутствием в хозяйственном обороте практической потребности в данных институтах, поскольку в обязательствах между социалистическими организациями исполнение обязательства должника третьей организацией вообще, как правило, не допускалось . С переходом России к рыночным отношениям интерес теории и законодательства к конструкциям цессии, суброгации и регресса стал увеличиваться. В особенности имеет большое значение развитие указанных теоретических моделей для коммерческого оборота, поскольку «в общих интересах устойчивости делового оборота важно, чтобы долг оплачивался по наступлении срока, платеж, даже если он совершен другим лицом, с точки зрения юридической всегда желателен. Это помогает избежать катастроф, обеспечивает устойчивость делового оборота» . Таким образом, можно говорить о возрождении институтов цессии, суброгации и регресса в теории и законодательстве России после долгого перерыва. ——————————— См.: Новицкий И. Б., Лунц Л. А. Общее учение об обязательстве. М., 1950. С. 286; Иоффе О. С. Советское гражданское право. М., 1967. С. 417 — 420. Саватье Р. Теория обязательств. М., 1972. С. 381.

Параграф 1 главы 24 ГК РФ посвящен регулированию перехода прав кредитора к третьему лицу путем цессии или суброгации. При этом абз. 2 п. 1 ст. 382 ГК РФ гласит, что правила о переходе прав кредитора к другому лицу не применяются к регрессным требованиям. Исходя из сказанного, можно сделать вывод, что если институты цессии и суброгации являются «родственными» и составляют суть перехода прав кредитора, то институт регресса является абсолютно самостоятельной теоретической конструкцией по отношению к ним. Законодатель, регламентируя отношения перехода прав кредитора, не употребляет понятие «цессия». В связи с этим в литературе является дискуссионным вопрос о содержании указанной категории. В зависимости от того, как определялось содержание понятия цессии, в науке гражданского права России сформировались две точки зрения. Согласно первой позиции цессия является соглашением между кредитором (цедентом) и другим лицом (цессионарием), результатом которого является переход требования кредитора к другому лицу . ——————————— См.: Вошатко А. В. О сущности уступки требования // Очерки по торговому праву / Под ред. Е. А. Крашенинникова. Вып. 7. Ярославль, 2000. С. 16; Почуйкин В. В. Основные проблемы уступки права требования в современном гражданском праве России. М., 2003. С. 23 — 24; Гражданское право. Т. 1 / Под ред. А. П. Сергеева, Ю. К. Толстого. М., 2006. С. 629; Терехов А. В. Соотношение суброгации и цессии в гражданском праве России // Вестник Московского университета МВД России. 2007. N 3. С. 116.

Подобная позиция представляется спорной. Понимание соглашения как цессии было характерно римскому праву на раннем этапе становления указанного института. Заключение данного соглашения (цессии) не влекло перехода прав кредитора, а следовательно, не происходило перемены лиц в обязательстве, поскольку римские юристы исходили из чисто личного понимания обязательственного правоотношения. Несмотря на это, под влиянием потребностей гражданского оборота в поздний период римского права под цессией стали понимать самостоятельный перенос требований от кредитора к другому лицу . ——————————— См.: Барон Ю. Система римского гражданского права. Кн. IV. Обязательственное право. 1910. С. 115 — 124; Шершеневич Г. Ф. Учебник русского гражданского права. М., 1995. С. 287 — 288; Победоносцев К. П. Курс гражданского права. М., 2003. С. 215 — 216.

Читайте так же:  Есть ли в консульстве нотариус

В отличие от римского права современное право не исходит из личной связи между лицами, вступившими в обязательства. Оно более придает значение имущественному содержанию обязательственного правоотношения. Поэтому «такие уловки мысли не в духе нового права» . ——————————— Победоносцев К. П. Указ. соч. С. 216.

Согласно противоположной позиции, которая представляется более правильной, цессия — переход прав кредитора, имеющий своим результатом изменение лиц в обязательстве . ——————————— —————————————————————— КонсультантПлюс: примечание. Монография М. И. Брагинского, В. В. Витрянского «Договорное право. Общие положения» (Книга 1) включена в информационный банк согласно публикации — Статут, 2001 (издание 3-е, стереотипное). —————————————————————— См.: Синайский В. И. Русское гражданское право. М., 2002. С. 345 — 346; Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Книга первая. Общие положения. М., 2002. С. 465; Гражданское право. Т. III / Под ред. Е. А. Суханова. М., 2006. С. 43; Шершеневич Г. Ф. Указ. соч. С. 287 — 288; Победоносцев К. П. Указ. соч. С. 215 — 229.

Помимо цессии переход прав кредитора возможен в силу суброгации. ГК РФ не содержит отдельных положений, регулирующих общие вопросы института суброгации. Термин «суброгация» употребляется только лишь в отношении договора страхования (ст. 965 ГК РФ). Несмотря на это, институт суброгации охватывает все случаи перехода прав кредитора, предусмотренные ст. 387 ГК РФ. При этом следует особенно подчеркнуть, что суброгация возможна и в иных случаях, предусмотренных законом. Подобное отношение законодателя к институту суброгации нельзя назвать удовлетворительным, поскольку действующее гражданское законодательство часто использует данную теоретическую модель. Вопрос о сущности суброгации в юридической литературе не является дискуссионным. Общепринятым считается представление о суброгации как о переходе прав кредитора, влекущем изменение лиц в обязательстве . ——————————— См.: Мусин В. А. Суброгация в советском гражданском праве // Советское государство и право. 1976. N 7. С. 129 — 130; Белов В. А. Суброгация // Очерки по торговому праву / Под ред. Е. А. Крашенинникова. Вып. 7. Ярославль, 2000. С. 97; Ломидзе О. Суброгация в гражданском праве России // Хозяйство и право. 2001. N 10. С. 14; Суханов Е. А. Указ. соч. С. 45.

Таким образом, цессия и суброгация являются институтами перехода прав кредитора, что предопределяет наличие у них общих признаков. Одновременно данные институты гражданского права представляют собой самостоятельные теоретические конструкции, посредством которых осуществляется переход прав кредитора. В связи с этим является необходимым выделение как общих признаков цессии и суброгации, так и признаков, позволяющих отграничивать указанные институты гражданского права друг от друга. К общим признакам следует отнести следующие: — цессия и суброгация являются переходом прав кредитора (цедента, суброганта) к третьему лицу (цессионарию, суброгату); — как при цессии, так и при суброгации третье лицо приобретает права кредитора в полном объеме, со всеми обеспечениями, привилегиями, процентами и т. д. Различие цессии и суброгации как всякого обязательства видится в основании их возникновения. Основанием цессии является сделка. Данная сделка может быть как двухсторонней (договор), так и односторонней (завещание). В отличие от цессии основанием суброгации является закон. Сделка и закон как основания возникновения цессии и суброгации являются формальными (внешними) основаниями указанных институтов. Их следует отличать от оснований внутренних, материальных (causae obligationis). В юридической литературе, как правило, указывая на сделку как основание цессии, подразумевают соглашение, которое заключается между кредитором (цедентом) и третьим лицом (цессионарием). Данная точка зрения представляется спорной. Соглашение об уступке прав не влечет «автоматического» изменения лиц в обязательстве. Указанное соглашение обеспечивает лишь возникновение обязательственного правоотношения по поводу передачи прав между кредитором (цедентом) и третьим лицом (цессионарием), а следовательно, выступает в качестве юридического факта этих отношений. Думается, что материальным основанием возникновения цессии является обязательственное правоотношение, возникающее между цедентом и цессионарием. Более рельефно это утверждение проявляется на примере цессии, формальным основанием которой выступает односторонняя сделка (завещание). Составление завещания не влечет цессии. Смерть завещателя как юридически значимое событие также не влечет изменения лиц в обязательстве. Между тем завещание и смерть завещателя являются элементами юридического состава, лежащего в основе наследственных правоотношений, которые и будут в конечном счете материальным основанием цессии. Таким образом, материальным (внутренним) юридическим фактом цессии является гражданское правоотношение. Данный юридический факт следует квалифицировать как сложный . ——————————— Красавчиков О. А. Юридические факты в советском гражданском праве. М., 1958. С. 68 — 71.

Закон как основание возникновения суброгации также следует понимать в качестве формального основания данного института. При этом рассмотрение закона в качестве материального основания суброгации является недопустимым с теоретической точки зрения, поскольку он (вернее, правовые нормы, содержащиеся в нем) и правоспособность субъектов гражданского права являются общими предпосылками гражданского правоотношения, а не его юридическими фактами . ——————————— См.: Толстой Ю. К. К теории правоотношения. Л., 1959. С. 3; Красавчиков О. А. Указ. соч. С. 181; Шевченко Г. Н. Регрессивные обязательства в отношениях между социалистическими организациями. Владивосток-М., 1990. С. 37.

Материальным основанием суброгации (causae obligationis) является исполнение третьим лицом обязательства должника. Исполнение обязательства должника может быть произведено третьим лицом либо в силу его обязанности, либо в силу его права. Обязанность третьего лица исполнить обязательство должника может вытекать только из договора. Так, например, поручитель обязан к исполнению обязательства должника в силу договора поручения, страховщик обязан к исполнению обязанности лица, ответственного за наступление страхового случая, в силу договора страхования. Исполнение обязательства должника третьим лицом может быть также основано на его субъективном праве, которое возникает в силу закона или договора. Например, исполнение залогодателем, не являющимся должником по основному обязательству, обязательства должника может быть произведено в силу его права, вытекающего из договора залога (п. 7 ст. 350 ГК РФ). При этом соглашения, ограничивающие это право, являются ничтожными. Исполнение обязательства должника третьим лицом в силу его права, основанного на законе, имеет место в случае, предусмотренном п. 2 ст. 313 ГК РФ. Необходимость отграничения формальных и материальных оснований институтов цессии и суброгации имеет не только теоретическое, но и практическое значение. Практическая ценность данного отграничения связана с тем, что при регламентации правовых норм данных институтов в законодательстве является целесообразным использование формальных оснований. Именно такого подхода придерживается действующее законодательство (п. 1 ст. 382 ГК РФ), что является совершенно обоснованным. Большое значение имеет вопрос о юридической природе суброгации. В юридической литературе, как правило, вступление в права кредитора объясняется юридической фикцией, в силу которой предполагается продолжение существования погашенного исполнением обязательства . ——————————— См.: Победоносцев К. П. Указ. соч. С. 219; Саватье Р. Указ. соч. С. 381 — 382; Дедиков С. Регресс и суброгация: опыт сравнительного анализа // Хозяйство и право. 2005. N 4. С. 67.

Такая позиция представляется спорной. При суброгации исполнение обязательства должника третьим лицом не следует приравнивать к надлежащему исполнению обязательства должником. Исполнение третьего лица в данном случае не будет правопрекращающим юридическим фактом, который влечет прекращение обязательства, а является правоизменяющим юридическим фактом, который влечет изменение субъектного состава обязательства. Данный вывод имеет практическое значение. Поскольку исполнение третьим лицом при суброгации не являет собой надлежащее исполнение и влечет изменение субъектного состава, то правила п. 2 ст. 313 следует перенести в главу 24 ГК РФ, регулирующую перемену лиц в обязательстве. Исходя из вышесказанного, цессию можно определить как переход прав кредитора к третьему лицу, влекущий изменение лиц в обязательстве, который осуществляется на основании сделки. Под суброгацией же следует понимать переход прав кредитора третьему лицу, влекущий изменение лиц в обязательстве, который осуществляется на основании закона. Важным вопросом для институтов цессии и суброгации является проблема, связанная с возможностью частичного перехода права кредитора. Согласно п. 5 информационного письма Высшего Арбитражного Суда РФ «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» уступка части права (требования) по обязательству не противоречит законодательству. ——————————— Вестник ВАС РФ. 2008. N 1.

Такой подход следует признать правильным. Развитый имущественный оборот требует существования не только возможности полной передачи права кредитора, но и возможности частичной уступки права. Согласно п. 16 указанного выше информационного письма допускается уступка обеспечительных прав (неустойки) без перехода права требования основного долга. Как представляется, такая позиция Высшего Арбитражного Суда РФ является абсолютно верной. При этом следует отметить, что законодательно следует допускать возможность автономной уступки только таких обеспечительных прав, которые являются также мерами гражданско-правовой ответственности (неустойка, задаток). Возможность частичного перехода права кредитора приводит к тому, что перемены лиц в обязательстве не происходит. В существующее обязательство вступает новый кредитор в части уступленного ему права. Следовательно, первоначальное обязательство трансформируется из индивидуального обязательства в обязательство с активной множественностью лиц. При этом природа данной множественности является долевой. В связи со сказанным думается, что название главы 24 ГК РФ «Перемена лиц в обязательстве» не соответствует сущности правовых норм, составляющих ее содержание. Более правильным представляется название главы 24 ГК РФ «Изменение лиц в обязательстве». Данное предложение имеет также практическое значение. Так, суды, которые выносили решение по конкретным делам и указывали на недопустимость частичной уступки права требования, как правило, мотивировали свою позицию тем, что цессия должна влечь всегда «перемену лиц в обязательстве» и что «не может быть признана цессией уступка прав, при которой в основном обязательстве продолжает участвовать кредитор, уступивший свои права» . Думается, что поводом для такой мотивировки было название вышеуказанной главы ГК РФ. ——————————— Вестник ВАС РФ. 1996. N 11. С. 76.

Читайте так же:  Приказ мо рф 492 от 1998

В отличие от цессии возможность частичной суброгации возможна не всегда. Как представляется, частичная суброгация может быть осуществлена в случаях, когда исполнение обязательства должника третьим лицом является его правом или обязанностью, которые основаны на договоре (поручительство, страхование, залог). В случае же, когда исполнение осуществляется в силу права третьего лица, основанного на законе (п. 2 ст. 313 ГК РФ), возможность частичной суброгации по общему правилу не допустима, так как кредитор вправе не принимать исполнения обязательства по частям (ст. 311 ГК РФ). В случае частичной суброгации возникает проблема определения тех правомочий, которые переходят от суброганта к суброгату . ——————————— См.: Ломидзе О. Указ. соч. С. 19 — 20.

Думается, что данная проблема должна быть разрешена законодателем путем установления правила, согласно которому в случае частичной суброгации в первую очередь суброгат приобретает права по основному обязательству. При этом следует отметить, что приобретение новым кредитором части основного требования переносит на его долю все обеспечения, проценты, привилегии и т. д. в соответствующей части. С институтом суброгации имеет общие черты институт регресса. Общность данных институтов настолько близка, что в науке гражданского права суброгация рассматривалась как разновидность регресса . ——————————— См.: Агарков М. М. Обязательство по советскому гражданскому праву. М., 1940. С. 160; Юдельсон К. С. Основные проблемы права регресса в советском гражданском праве // Ученые труды ВИЮН. Вып. 9. М., 1947; Новицкий И. Б. Регрессивные обязательства между социалистическими организациями. М., 1952. С. 145 — 195.

Схожесть суброгации и регресса проявляется в следующем: — суброгация и регресс являются разновидностями права обратного требования; — формальным основанием их возникновения является закон, а материальным — исполнение, произведенное третьим лицом. Обладая внешним сходством, суброгация и регресс имеют серьезные различия. К указанным различиям относятся следующие свойства: — регресс возникает как новое обязательство, а суброгация имеет дело не с возникновением нового обязательства, а с сингулярным правопреемством; — в отличие от регресса (ст. 200, 201 ГК РФ) переход прав в рамках суброгации не влияет на течение сроков исковой давности; — к обязательству из суброгации применяются правила, регулирующие отношения между старым кредитором (суброгантом) и должником. К регрессивному обязательству по общему правилу применяются общие правила исполнения обязательств. Между тем законодатель может предусмотреть применение к регрессивному обязательству специальных требований. С практической точки зрения наибольшую ценность представляет последнее различие между суброгацией и регрессом как разновидностями права обратного требования. Оно позволяет разграничить сферы применения указанных институтов гражданского права. Как представляется, области применения суброгации и регресса могут быть подразделены на случаи, когда возможно исключительное применение либо суброгации, либо регресса, и на случаи, когда право обратного требования может быть осуществлено как в рамках суброгации, так и регресса. К исключительной сфере суброгации следует отнести случаи, когда к отношениям между новым кредитором и должником подлежат применению правила, регулирующие отношения между старым кредитором и должником (п. 2 ст. 965 ГК РФ). К исключительной сфере регресса следует отнести случаи, когда к отношениям между новым кредитором и должником подлежат применению правила, отличные от правил, подлежащих применению к отношениям между старым кредитором и должником по основному обязательству. При этом указанные правила могут составлять содержание правовых норм не только гражданского законодательства, но и других отраслей законодательства (ст. 1081 ГК РФ). Так, например, в случае причинения вреда работником юридического лица третьему лицу последний вправе требовать от юридического лица возмещения вреда. К данным отношениям будет применяться гражданское законодательство. В последующем возместившее вред юридическое лицо вправе предъявить обратное требования к работнику. Данные отношения будут регулироваться нормами трудового законодательства. Во всех остальных случаях, связанных с возможностью возникновения права обратного требования, для осуществления указанного права может быть использована как конструкция регресса, так и конструкция суброгации.

Вас договор цессии регресс

  • Автострахование
  • Жилищные споры
  • Земельные споры
  • Административное право
  • Участие в долевом строительстве
  • Семейные споры
  • Гражданское право, ГК РФ
  • Защита прав потребителей
  • Трудовые споры, пенсии
  • Главная
  • Статьи и комментарии ПЦ «Логос»
  • Суброгация – это .. Понятие, примеры суброгации. Отличия от цессии и регресса

1. Понятие суброгации
2. Примеры суброгации:

  • Пример суброгации 1
  • Пример суброгации 2: страховщик по КАСКО, выплатив страховку, вправе взыскать ее со страховщика по ОСАГО, застраховавшего ответственность причинителя вреда
  • Пример суброгации 3: страховщик по КАСКО вправе требовать в порядке суброгации с причинителя вреда сумму, превышающую страховую сумму по ОСАГО
  • Пример суброгации 4: взыскание выплаченного страхового возмещения в порядке суброгации с супруги страхователя

3. В каких случаях не применима суброгация?
4. Какие суммы не подлежит взысканию в порядке суброгации?
5. Уступка требования (цессия) и суброгация. Отличия
6. Уступка права (требования), полученного в порядке суброгации
7. Суброгация и регресс. Отличия
8. Сроки исковой давности по суброгационным и регрессным требованиям
9. В каких случаях срок исковой давности составляет 2 года, а в каких 3 года?

1. Понятие суброгации

В ГК РФ отсутствует легальная дефиниция понятия суброгации. Несмотря на это, ряд норм ГК РФ (например, п. 2 ст. 313, ст. 384, 387, 965 ГК РФ) содержит соответствующие положения, что, по мнению некоторых ученых, дает основание говорить о суброгации как о самостоятельном институте.

Приведем ряд определений понятия «суброгация», встречающихся в юридической литературе.

Суброгация — переход (в пределах выплаченной суммы) права требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования (п. 1 ст. 965 ГК РФ).

Суброгация (от лат. subrogare — заменять, восполнять) — один из вариантов замены кредитора в обязательстве, состоящий в переходе права требования к новому кредитору в размере реально произведенного им прежнему кредитору исполнения.

Суброгация (англ. subrogation — «замещение») — замещение одного лица другим в отношении права, требования либо предъявления каких-либо претензий. В пределах страхования это основанный на законе переход к страховщику права требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования, осуществляемый путем передачи этого права в объеме выплаченного страховщиком страхового возмещения.

Суброгация — частный случай перемены лица в обязательстве на основании закона (ст. 387 ГК РФ).

2. Примеры суброгации

Пример суброгации 1

По вине Иванова, в результате ДТП поврежден автомобиль Петрова, ущерб составил 100 тыс. рублей (ответственность по ОСАГО обоих не застрахована).

Автомобиль Петрова был застрахован по КАСКО.

Страховщик по договору КАСКО выплатил страховое возмещение Петрову.

Выплатив Петрову страховое возмещение, страховщик получает право суброгации, т.е. право предъявить требование к причинителю ущерба Иванову, взыскать с последнего в судебном порядке 100 тыс. рублей.

Комментарии: к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Это общее правило, и оно действует, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное.

Обращаем внимание, что условие договора, исключающее переход к страховщику права требования к лицу, умышленно причинившему убытки, ничтожно.

Пример суброгации 2: страховщик по КАСКО, выплатив страховку, вправе взыскать ее со страховщика по ОСАГО, застраховавшего ответственность причинителя вреда

В результате ДТП поврежден автомобиль гражданина Ковалева. Автомобиль был застрахован «Страховой компанией» как по КАСКО, так и по ОСАГО.

Виновником ДТП признан гражданин Митяев. Его гражданская ответственность застрахована в «Страховой организации».

Таким образом, ответственность обоих владельцев транспортных средств застрахована, что является основанием для прямого возмещения убытков (статья 14.1 закона об ОСАГО).

«Страховая компания» во исполнение договора КАСКО возмещает Ковалеву причиненный ущерб, после чего вправе требовать возмещения причиненных убытков со «Страховой организации», застраховавшей ответственность Митяева, независимо от того, имелись ли условия, предусмотренные для прямого возмещения убытков.

Комментарии: страховщик, выплативший страховое возмещение по договору КАСКО и занявший в правоотношении место потерпевшего, обладает правом требовать возмещения причиненных убытков от страховщика, застраховавшего ответственность причинителя вреда, независимо от того, имелись ли условия, предусмотренные для осуществления страховой выплаты в порядке прямого возмещения убытков.

Указанная правовая позиция изложена в п. 8 «Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с обязательным страхованием гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 22.06.2016 года).

Аналогичное разъяснение содержится в пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 N 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» указано, что страховщик, выплативший страховое возмещение по договору добровольного страхования имущества, вправе требовать возмещения причиненных убытков от страховщика ответственности причинителя вреда независимо от того, имелись ли условия, предусмотренные для осуществления страхового возмещения в порядке прямого возмещения убытков.

Читайте так же:  Оформить стоянку в собственность

Пример суброгации 3: страховщик по КАСКО вправе требовать в порядке суброгации с причинителя вреда сумму, превышающую страховую сумму по ОСАГО

По вине водителя, являющегося работником «Организации», совершено ДТП, в результате чего поврежден автомобиль предпринимателя Григорьева, которому причинен ущерб на сумму 600 000 рублей. Ущерб, причиненный работником организации, возмещает организация, поскольку именно она является владельцем транспортного средства.

Автомобиль ИП Григорьева (Субару) застрахован в Страховом обществе по полису КАСКО, включающему в себя страховое покрытие ущерба, причиненного в результате ДТП.

Гражданская ответственность собственника виновного в ДТП автомобиля («Организации») застрахована ЗАО «ОСАГО» (обстоятельства данного ДТП не предполагают прямого возмещения убытков).

Действия страховщика по ОСАГО, страховщика по КАСКО, причинителя вреда и потерпевшего:

1. «Страховое общество» во исполнение договора КАСКО возмещает ИП Григорьеву причиненный в ДТП ущерб в размере 600000 рублей.

2. «Страховое общество» заявляет требование страховщику ответственности причинителя вреда (ЗАО «ОСАГО») в размере, установленном статьей 7 закона об ОСАГО, т.е. в данном случае это предельный размер возмещения — 400 000 рублей (правовая позиция изложена в п. 60 Постановления ВС РФ № 58).

3. «Страховое общество» заявляет требование к «Организации» (причинителю вреда) в размере разницы между страховой суммой по ОСАГО и страховым возмещением, выплаченным страховщиком по договору КАСКО, т.е. 200 000 рублей (600000 – 400000) (см. п. 74 Постановления ВС РФ № 58).

4. При отказе в добровольном удовлетворении требований, в указанных выше пунктах 2, 3 «Страховое общество» вправе обратиться в суд в иском о взыскании денежных средств.

Комментарии: если размер возмещения, выплаченного страховщиком по договору добровольного имущественного страхования, превышает страховую сумму по договору ОСАГО, к страховщику в порядке суброгации наряду с требованием к страховой организации, обязанной осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО, переходит требование к причинителю вреда в части, превышающей эту сумму (гл. 59 ГК РФ).

Обращаем внимание, что если ЗАО «ОСАГО» выплатит «Организации» страховое возмещение ранее страхового возмещения по договору КАСКО (в том числе в порядке прямого возмещения убытков), суброгационный иск «Страхового общества» к ЗАО «ОСАГО» (страховщику причинителя вреда) удовлетворению не подлежит на основании п. 1 ст. 408 ГК РФ (правовая позиция изложена в п. 75 Постановления ВС РФ № 58).

Пример суброгации 4: взыскание выплаченного страхового возмещения в порядке суброгации с супруги страхователя

Представляет интерес следующее дело.

Между страхователем и страховщиком был заключен договор добровольного страхования автомобиля по рискам «Ущерб», «Хищение».

В качестве лица, допущенного к управлению данным автомобилем, в договоре страхования указан только сам страхователь.

В результате ДТП, произошедшего по вине управлявшей автомобилем супруги страхователя, автомобиль был поврежден.

Страховщик выплатил страховщику страховое возмещение и обратился с иском к супруге страхователя как к лицу, не включенному в список лиц, допущенных к управлению застрахованным автомобилем, о взыскании с нее выплаченного страхового возмещения в порядке суброгации.

Суды удовлетворили исковые требования, в определении Верховного Суда РФ от 23.04.2018 N 49-КГ17-36 указано следующее.

Каких-либо особенностей или специальных правил, регулирующих возмещение вреда между лицами, состоящими в браке (супругами), действующее гражданское законодательство, в том числе и Семейный кодекс РФ, не предусматривает.

В связи с этим, у страховщика возникло право требования взыскания с супруги страхователя выплаченной суммы страхового возмещения в порядке суброгации, предусмотренное п. 1 ст. 965 ГК РФ.

Заключая договор страхования, страхователь самостоятельно определил круг лиц, допущенных к управлению транспортным средством в рамках договора КАСКО, и, исходя из этих условий, страхователем была уплачена страховая премия.

3. В каких случаях не применима суброгация?

Суброгация, по общему правилу, не может быть реализована при страховании гражданской ответственности, поскольку при суброгации к страховщику переходит право требования к лицу, ответственному за причинение вреда, а при страховании гражданской ответственности таковым лицом является сам страхователь.

Однако из этого правила есть исключения. Например, в рамках прямого урегулирования убытков по ОСАГО, когда потерпевший обращается за страховым возмещением к своему страховщику, а последний уже в порядке суброгации предъявляет требования к страховщику виновника. В этом случае, в порядке суброгации к страховщику переходит право требования не к лицу, ответственному за причинение убытков, а к лицу, обязанному возместить причиненный вред.

Правило о суброгации неприменимо к личному страхованию, поскольку вред, возмещаемый в рамках данного вида страхования, носит не возмездный, а компенсационный характер (вред, причиненный жизни и здоровью, не является убытками, его нельзя возместить, а можно только компенсировать в определенном, установленном законом или договором, объеме).

4. Какие суммы не подлежит взысканию в порядке суброгации?

Суммы, выплаченные с нарушение договора страхования. Требование страхователя к причинителю вреда переходит к страховщику в порядке суброгации только в той части выплаченной страхователю суммы, которая рассчитана в соответствии с договором страхования (п. 18 информационного письма Президиума ВАС РФ от 28.11.2003 N 75).

Расходы по экспертизе. Расходы страховщика по необходимой экспертизе размера причиненных убытков не подлежат взысканию с лица, ответственного за причиненный вред (п. 19 информационного письма Президиума ВАС РФ от 28.11.2003 N 75).

Проценты за просрочку выплаты. Страховщик, уплативший страхователю проценты за просрочку выплаты страхового возмещения, не вправе требовать их от лица, ответственного за причиненный страхователю вред.. Лицо, ответственное за убытки, возмещенные в результате страхования, не отвечает за просрочку, допущенную страховщиком (п. 20 информационного письма Президиума ВАС РФ от 28.11.2003 N 75).

5. Уступка требования (цессия) и суброгация. Отличия

Общее. Суброгация наряду с цессией является частным случаем сингулярного правопреемства и влечет переход права требования к новому лицу, которое и занимает место прежнего кредитора в обязательстве (см. п. 18 информационного письма Президиума ВАС РФ от 28 ноября 2003 г. N 75). Другими словами для цессии и суброгации характерно то, что и в том и в другом случае не возникает нового обязательства, а лишь переходит право требования в рамках прежнего обязательства.

Отличия цессии и суброгации

Цессия – это переход права требования на основании сделки (соглашения сторон), тогда как суброгация – переход права на основании закона (ст. 387 ГК РФ);

Цессия — переход права требования по воле кредитора, суброгация может осуществляться и вопреки воле прежнего кредитора (страхователя или выгодоприобретателя);

В цессии новый (вступивший в обязательство) кредитор может требовать исполнение обязательства в полном объеме, а при суброгации страховщик имеет право требовать только выплаченную им сумму страхового возмещения.

6. Уступка права (требования), полученного в порядке суброгации

Страховщик, получивший право (требование) в порядке суброгации, может уступить его другому лицу по сделке. О правомерности такой уступки указано в п. 3 информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 N 120, где изложена следующая правовая позиция:

«Уступка страховщиком по договору имущественного страхования права (требования), полученного в порядке суброгации (статья 965 ГК РФ), лицу, не имеющему лицензии на осуществление страховой деятельности, не противоречит законодательству».

7. Суброгация и регресс. Отличия

Регресс предполагает существование двух обязательств, при суброгации же существует одно-единственное (оно же первоначальное) обязательство, из которого страхователь, получивший страховое возмещение, выбывает, а на его место встает выплативший это возмещение страховщик. Суброгация — это замена кредитора в уже существующем обязательстве, тогда как регрессное обязательство — это вновь возникшее обязательство.

8. Сроки исковой давности по суброгационным и регрессным требованиям

ГК РФ предусматривает разные моменты начала течения срока исковой давности для суброгации и регресса.

Регресс. В соответствии с п. 3 ст. 200 ГК РФ по регрессным обязательствам течение исковой давности начинается со дня исполнения основного обязательства, т.е. с момента, когда собственно регрессное обязательство возникает.

Суброгация. Перемена лиц в обязательстве в соответствии со ст. 201 ГК РФ не влечет изменения срока исковой давности. Срок исковой давности для страховщика, выплатившего страховое возмещение, должен исчисляться с момента наступления страхового случая. Данная правовая позиция изложена в п. 10 Постановления Пленума ВС РФ от 27 июня 2013 г. N 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан»).

9. В каких случаях срок исковой давности составляет 2 года, а в каких 3 года?

Сокращенный двухгодичный срок исковой давности, указанный в ст. 966 ГК РФ, рассчитан на споры, возникающие из действий сторон самих договоров страхования (например, обжалование страхователем необоснованного отказа страховщика в выплате страхового возмещения). При суброгации же применяется общий трехгодичный срок исковой давности. На это прямо указано и в п. 10 Постановления Пленума ВС РФ от 27 июня 2013 г. N 20, где указано, что «перемена лиц в обязательстве (статья 201 ГК РФ) по требованиям, которые страховщик в порядке суброгации имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования, не влечет изменение общего (трехгодичного) срока исковой давности и порядка его исчисления».