Отличие опеки и попечительства

УСЫНОВЛЕНИЕ В РОССИИ

В чем отличие опеки и попечительства ?

Опекун в отличие от попечителя имеет право и (или) обязан:

  • совершать от имени подопечного сделки, за исключением тех, которые по своему характеры могут быть совершены только лично(например опекун не вправе составить от имени подопечного завещание);
  • предъявлять в суд иск о применении последствий недействительности совершенной подопечным сделки, а также о признании действительной той сделки, которая совершена к выгоде подопечного (ст. 171 и 172 ГК РФ);
  • нести имущественную ответственность за вред, причиненный подопечным (ст. 1073 и 1076 ГК РФ), а также отвечать по сделкам малолетнего (п.3 ст.28 ГК РФ).

В отличие от опекуна попечитель имеет право и (или) обязан:

  • давать согласие на совершение подопечным сделок, за исключением тех сделок, которые в соответствии с законом подопечный вправе совершать самостоятельно;
  • предъявлять в суд иск о признании совершенной подопечным сделки недействительной и применении последствий недействительности данной сделки (ст. 175, 176 ГК РФ);
  • нести субсидиарную имущественную ответственность в соответствии со ст. 1073 ГК РФ .

Новости Минпросвещения

14.03.2018 г. Число детей-сирот в России сократилось на 15% в 2017 г. — до 50,2 тыс.

Число детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, сократилось за 2017 г. до 50,2 тыс. человек. Об этом сообщается в материалах к заседанию коллегии Минобрнауки.

«По состоянию на 30 декабря 2017 г., в государственном банке данных находились сведения о 50,2 тыс. человек. В 2017 г. численность детей, состоящих на учете в государственном банке данных, сократилась на 15,1%», — говорится в документе.

Отмечается также, что всего в 2017 г. были устроены в семьи более 64 тыс. детей.

Кроме того, в документе говорится, что число записей в банке данных детей-сирот сократилось с 2005 г. в 3,7 раза за счет усыновления и различных форм семейного устройства детей.

Проблема семейного устройства детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, является одним из приоритетов государственной семейной политики.

22 Октября 2018

Департамент труда и социальной защиты населения города Москвы сообщает, что 27 октября 2018 года с 11до 14 часов пройдет общегородское мероприятие «День Аиста».

21 Сентября 2018

В Москве прошел финал всероссийского конкурса «Созвездие»

В чем различия между опекой и попечительством

Детки, оставшиеся без родительского тепла, передаются на воспитание в спецучреждения – дома малютки или детдома. Там они находятся под охраной государства. На сегодня по велению времени всё больше детей передаются в семьи. Опека и попечительство – два мощных и нужных инструмента, применяемые государством для того, чтобы дети обрели настоящую семью. В настоящий момент работа по передаче малышей под опеку чётко отлажена: исправлены ошибки прошлого, разработаны инструкции и требования к приёмным родителям.

Опека и попечительство — отличия

И та, и другая форма передачи ребёнка приёмным родителям созданы для одной цели: обеспечить малышей мамой и папой. А называются эти формы неодинаково из-за того, что в приёмных семьях складывается немного разное взаимодействие детей и родителей.

Дело в том, что маленький гражданин РФ, не доросший до 14 лет, совсем не имеет свободы юридических действий, то есть, он совсем недееспособен: не может что-то покупать или продавать, не отвечает за свои действия. Такая форма воспитания называется опекой.

А вот 14-летний подросток уже что-то может совершать самостоятельно по закону, это означает, что подросток дееспособен, но не полностью. Например, он может что-то покупать от своего имени, продавать, даже зарабатывать.Но эти действия производятся с согласия родителей. За тяжкие преступления подростка уже могут осудить. Забота о таком ребёнке – попечительство.

Если говорить проще, то вывод таков:

  • опекун полностью отвечает за ребёнка и совершает все действия в его интересах самостоятельно (под опекой находятся дети младше 14 лет);
  • попечитель же обязан учитывать мнение подростка в некоторых ситуациях, но всецело отвечает за его действия, на некоторые сделки ребёнка он даёт согласие (попечительство оформляется в отношении детей старше 14 лет).

Закон об опеке и попечительстве

Дети – особо охраняемый слой населения России, потому что наравне с инвалидами ребятишки в социальном плане гораздо слабее трудоспособных граждан. Лишённые семьи детки ещё больше нуждаются в защите, так как кроме государства некому их больше поддержать. На защите интересов маленьких граждан стоит специальный орган – опекунский совет.

И опекунский совет, и приёмная семья обязаны действовать в рамках закона. Главный правовой акт, регламентирующий взаимоотношения государства в лице опекунского совета и приёмных родителей — это 48 закон об опеке и попечительстве (вступил в силу 24 апреля 2008 года).

Главная задача этого Федерального закона –установить рамки взаимоотношений опекунского совета и приёмной семьи. Так в законе определено:

  • кто может стать опекуном или попечителем;
  • как устанавливается попечительство и опека;
  • на что имеют право опекуны и попечители;
  • какие отчёты предусмотрены;
  • как опекунский совет может контролировать жизнь приёмного ребёнка.

Так по закону в обязанности и опекуна, и попечителя входят действия:

  • по созданию условий для жизни приёмыша;
  • обеспечение получения им образования;
  • мониторинг и охрана его здоровья;
  • охрана имеющегося у него имущества.

Опека и попечительство, кстати, может быть как платным, так и бесплатным . Всё зависит от политики региональных властей. С опекунами, как и с попечителями, заключается договор, в котором прописываются все условия воспитания приёмного ребёнка.

В законе описаны действия, которые должны предприниматься для защиты прав и интересов детей:

  • граждане, узнавшие, что психическое или физическое здоровье ребёнка под угрозой, либо он остался сиротой, обязаны сообщить об этом в опекунский совет;
  • представитель совета обязан обследовать ситуацию, в которую попал ребёнок (изучить условия его жизни: есть ли за ним присмотр, правильно ли он воспитывается, нормально ли питается, одевается, есть ли в жилище отдельный детский уголок);
  • нуждающиеся дети помещаются в спецучреждения: дома малютки, интернаты, детдома, или передаются под опеку (предпочтение при этом отдаётся родственникам – бабушке, дедушке, совершеннолетним брату или сестре).

Если малыш помещён в спецучреждение, функции опеки возлагаются на него. То есть, опекунство не назначается.

Есть и такое понятие, как « временная опека «.

Органы опеки и попечительства

Опекунский совет -это уполномоченные государством властные структуры, которые не только выявляют факты нуждаемости детей в защите государства, но и решают вопросы о передаче детей под опеку и контролируют жизнь подопечных в приёмной семье.

В законе написано, что органы опеки – это органы исполнительной власти, то есть, местные администрации:

  • областей;
  • городов;
  • районов;
  • сёл и других поселений.

В администрациях крупных образований (города и районы) создаются специальные отделы опеки и попечительства, действующие под эгидой департаментов образования. Если поселение небольшое (посёлок, деревня, район города) и нет необходимости в создании отдела, то функции по опеке и попечительству выполняет местная власть.

Решения, принимаемые опекунским советом, обязательны для исполнения всеми без исключения:

  • опекунами и попечителями;
  • организациями;
  • должностными лицами.

Кто может быть опекуном или попечителем

Критерии отбора опекуна или попечителя содержатся:

  • в 146-й статье Семейного кодекса;
  • в 10-й статье 48-го закона;
  • в 35-й статье Гражданского кодекса.

Так опекуном может стать только взрослый и полностью дееспособный человек. Под дееспособностью понимается полное понимание реальности, способность контролировать действия и поступки. Взрослого человека может признать недееспособным только суд.

Как выше было замечено, преимущественное право опекать ребёнка имеют близкие родственники, особенно те, с кем общался малыш. Если таковые не изъявят желание заботиться о ребёнке, опекунами назначаются посторонние. Ко всем потенциальным опекунам и попечителям предъявляются требования. То есть, не любой человек может получить такой статус.

Запрещено оформлять опекунство :

  • лишённым родительских прав;
  • судимым или находящимся под следствием по уголовным преступлениям, направленным против личности, семьи и несовершеннолетних (кроме оскорбления и клеветы);
  • судимые по уголовным статьям с санкцией до 10 и больше лет заключения (если судимость не снята);
  • не прошедшие специальное обучение посторонние;
  • однополые сожители (даже если их брак официально зарегистрирован заграницей).

Опекун и попечитель — права и обязанности

Основная задача опекунства – обеспечение ребёнку нормальных условий жизни и надлежащего воспитания. Эта задача не передаётся никому другому, она личная. В приёмной семье должны быть созданы условия, позволяющие ребёнку нормально развиваться:

  • в жилище должно быть оборудовано место для него (для сна, обучения и досуга);
  • бытовые условия должны соответствовать законам (состояние жилья не должно угрожать жизни и здоровью жильцов, ребёнок должен быть обеспечен едой, одеждой, бытовыми принадлежностями).

Опекун также обязан:

  • следить за тем, чтобы подопечный разумно тратил свои деньги (стипендию или зарплату);
  • обеспечивать культурный досуг ребёнку;
  • защищать имущественные и личные интересы приёмыша (разрешать споры или конфликты, следить за состоянием имущества, например, квартиры, принадлежащей ребёнку);
  • возмещать материальный ущерб, нанесённый ребёнком посторонним;
  • устроить ребёнка в школу, детсад;
  • следить за здоровьем малыша (прикрепить к участковому педиатру);
  • отчитываться перед опекунским советом о потраченных пособиях (с предоставлением чеков или других расходных документов);
  • жить вместе с подопечным.

При этом опекун может поселить ребёнка к себе, или поселиться на его жилплощади. Опекунский совет может разрешить раздельное проживание, но при условиях:

  • ребёнку больше 16 лет;
  • такое проживание не скажется отрицательно на здоровье ребёнка и на его воспитании.

Опекуны не только везде и всем обязаны, у них есть и права. Например, они имеют право распоряжаться имуществом ребёнка, но только с разрешения опекунского совета. Опекун вправе даже продать жильё ребёнка, если нужны деньги на дорогое лечение или образование подопечного. К правам опекуна ещё можно отнести:

  • выбор образовательного или лечебного учреждения;
  • выбор формы образования;
  • выбор способа воспитания;
  • возмещение затрат на ребёнка (путём назначения пособий, материальной помощи и т.п.).
  • опекун отказался от договора (имеет место так называемый «возврат» малыша);
  • за ребёнком нет присмотра (в холодильнике пусто, он гуляет допоздна один, одежда не соответствует сезону и т.п.);
  • нет отчёта по расходованию опекунских (когда невозможно выяснить, на что потрачены пособия: на приёмыша или на опекунов).

Разница между опекой и попечительством

Помощь лицам, которые в силу своего психического здоровья или возраста не могут жить самостоятельно, распространена во всём цивилизованном мире. И Россия в этом смысле не является исключением: опека и попечительство – две основные формы устройства несовершеннолетних, а также лиц, не обладающих дееспособностью. В чём разница между указанными категориями? Понимание данного вопроса очень важно для юристов и социальных работников.

Опека – форма устройства несовершеннолетних, оставшихся без родительского попечения, а также защиты прав лиц, признанных недееспособными в судебном порядке. Для установления данных правоотношений необходим опекун, требования к которому зафиксированы законодательными актами. Опека устанавливается над детьми до 14 лет либо над недееспособными гражданами любого возраста.

Попечительство – форма устройства несовершеннолетних старше 14 лет, которые остались без родительского попечения, а также способ защиты прав граждан, которые в установленном порядке признаны ограниченно дееспособными. Главная цель – защита лица, которое не может до конца осознавать характер совершаемых им действий, от чужих противоправных посягательств. Таким образом, возникают отношения между попечителем и подопечным, которые регламентированы законодательством.

Опека и попечительство устанавливаются соответствующими органами и не требуют решения суда. При этом согласие опекуна или попечителя является обязательным условием для возникновения правоотношений. К ним предъявляются определённые требования. Опекуны и попечители должны быть дееспособными, совершеннолетними, свободными от наркотической или алкогольной зависимости, обладать достаточным для выполнения обязанностей здоровьем, а также отвечать ряду других критериев.

Опека может быть установлена на детей до 14 лет, а также на тех граждан, которые признаны судом недееспособными. Их объединяет невозможность понимать характер совершаемых действий, что требует комплексного контроля. Попечительство может быть установлено на детей от 14 до 18 лет либо на ограниченно дееспособных лиц. Подопечные могут не только совершать мелкие бытовые сделки, но и трудоустраиваться, свободно распоряжаться своими доходами, в том числе заработком и стипендией. Однако все более-менее серьёзные сделки совершаются с согласия попечителя. Это позволяет защитить права подопечного и его законные интересы.

Что касается опекуна, то все более-менее серьёзные сделки с имуществом опекаемого он может проводить только с разрешения органов опеки и попечительства. При выявлении грубых нарушений своих обязанностей, опекун не только лишается своего статуса, но может быть привлечён к установленной законом ответственности.

§ 30. Отличие опеки от попечительства. — Назначение опекуна и законные его качества. — Опекунская повинность. — Подчинение опекуна надзору.

До 14-летнего возраста определение опекуна совершенно зависит от правительства. С 14 лет сам малолетний может указать на лицо, которое желает иметь при себе для совета и защищения во всех делах, и это лицо получает название попечителя. По силе сего закона с 14-летнего возраста малолетнего опека не может удерживать при нем опекуна, вопреки его желанию, если нет повода признать неспособным то лицо, которое изберет себе попечителем такой малолетний (см. реш. Общ. Собр. Сен. по делу Славской — в Сборн. Сен. реш., т. 2, 999); впрочем, едва ли можно сомневаться в том, что опека может и такому попечителю назначить в помощь опекуна и по своему избранию. Но когда опекуном 14-летнего, по особенному его имению, состоит родитель, малолетний не вправе просить о замене его сторонним попечителем: в противном случае нарушено было бы право родительское в отношении к детям. Родителя можно устранить от опеки только по важным причинам законной неспособности, независимо от воли и указаний малолетнего (ср. также N 54. Сборн. Сен. реш., т. 1, N 308).

По нашему законодательству в надзоре за человеком, еще не достигшим совершеннолетия, понятие об опеке отличается от понятия о попечительстве. Главные черты этого различия, насколько закон допускает уловить их, определяются расширением способности несовершеннолетнего к юридическим действиям, которая начинается с 17-летнего возраста (ср. Уст. о колониях, ст. 152, о возрасте совершеннолетия). До наступления этого возраста приставник, хотя и может носить название попечителя, состоит при малолетнем еще на опекунском праве, но с этого возраста вместо опеки наступает действительное попечительство, и попечитель служит уже не полною заменою личности малолетнего, как был опекун, но только дополнением личности несовершеннолетнего. Это дополнение оказывается необходимым, особенно для действий по имуществу, предполагавших полноту гражданской личности: но понятие о надзоре за личностью несовершеннолетнего, руководстве ее и направлении, о личной власти над действиями получает уже второстепенное значение. До 17 лет опекун приказывает, а после того попечитель только советует и дает свое содействие распоряжениям или отказывает в оном. В опекунстве выражается положительная сторона надзора, в попечительстве — отрицательная. Впрочем, наше законодательство не проводит строгой формальной черты разделения между тем и другим званием*(158).

Читайте так же:  Требования упк рф к обвинительному заключению

По Уст. Сберег. Касс. 1895 г. малолетние и несовершеннолетние, которые сами внесли на свое имя вклад, распоряжаются оным без участия опекуна или попечителя.

Касс. реш. 1872 г. N 1049. Опека и попечительство учреждается с целью охранить права несовершеннолетнего, а не стеснять эти права к ущербу его. Посему нельзя признать ничтожными такие действия несовершеннолетнего, которые совершены им, хотя бы и самолично, к ограждению его прав (напр., предъявление иска), и по достижении совершеннолетия им самим не опровергаются. Приобретая некоторую правоспособность с достижением семнадцати лет, несовершеннолетний имеет право и без согласия попечителя участвовать в некоторых юридических сделках, наприм. приобретать на наличные деньги движимость и отчуждать ее, получать проценты с капитала и вообще деньги по имению, уничтожать доверенности на управление его делами и т. п. Ср. Касс. реш. 1869 г. N 324; 1871 г. N 596, 858; 1875 г. N 928; 1880 г. N 98.

Дело попечителя — поверять и дополнять волю несовершеннолетнего в каждом отдельном гражданском акте, который требует по закону участия попечителя; цель этого закона — оградить человека, не достигшего еще полной умственной зрелости, участием попечителя, от невыгодных сделок. Такова по закону деятельность попечителя, но из сего не следует, чтобы попечитель имел право давать несовершеннолетнему общую или частную эмансипацию, уполномочивая его заранее на совершение всяких сделок, или известного рода сделок, и без согласия попечителя. Такого рода полномочия или изъявленное согласие попечителя на будущие сделки выходит из пределов его власти, незаконно и не может, само по себе, присвоить законную силу актам, которые несовершеннолетний совершает без согласия попечителя (Касс. реш. 1872 г. N 1092).

Учреждение опеки над малолетним есть учреждение обязательное. Без сомнения, нередко случается малолетнему вырастать без учреждения опеки, под бесконтрольным надзором родных или сторонних людей либо вовсе без надзора; в низших и бедных классах населения так по большей части и случается. Однако, по идее закона, учреждение опеки не состоит в зависимости от имущества; где только есть малолетний сирота, хотя бы и без наследства, там уже предполагается действие закона об опекунском надзоре. Итак, хотя в большей части случаев не возникает вопроса об опеке, но если вопрос сей возбужден кем бы то ни было, опека должна быть учреждена; а намеренное оставление малолетнего без опеки вовсе невозможно, и воля умершего родителя, когда бы она в сем смысле выразилась, недействительна.

Опекунское место, известясь об оставшихся сиротах, начинает свое попечение: осведомляется об имении и, если есть оно, назначает опекуна; если нет, заботится пристроить малолетнего (250, 251. Уст. Общ. Призр. изд. 1892 г., ст. 187, прил., ст. 9, 15, 20). Всякий опекун без исключения должен быть утвержден опекой (259, 261). Назначение его совершается: 1) по завещанию родителей (227)*(159). Родителям опекунская власть принадлежит прежде всего по природе и по закону, и потому, если бы даже умершим отцом назначены были опекуны к детям, мать их, во всяком случае, не лишается права на соучастие в опеке совокупно с назначенными опекунами (см. о сем Мн. Гос. Сов. 21 февр. 1865 г. по дел. Хлудовых и Тенишевой, Журн. Мин. Юст. 1865 г. N 4). Во-2-х, назначение опекуна бывает по закону, при жизни родителей — отцу или матери принадлежит опека над имуществом, которое досталось детям (226, 229). В-3-х, опекун назначается по избранию опекунского места (231). Во всех этих случаях обращается внимание на личные качества опекуна (256).

Когда суд дозволяет жене переселяемого администр. порядком мужа оставаться на месте жительства и есть у них дети свыше 14-л. возраста, — тот же суд обязан принимать меры к учреждению опеки над детьми (ср. § 13).

Нет закона, по которому замужняя дочь не имела бы права при жизни отца избирать себе, помимо его, попечителем своего мужа. Статьи об опекунах сюда не относятся. Касс. реш. 1872 г. N 744.

Отцовское опекунское право не есть безусловное, но состоит в зависимости от опекунского надзора, и потому, когда опека признает родителя ненадежным к доброму попечению о малолетнем, то может отказать в назначении его, равно как и назначенного уже может устранить (Касс. р. 1873 г. N 1239).

Не могут быть определяемы: люди, по характеру известные за дурных и порочных; известные суровыми поступками; лишенные всех или некоторых прав состояния; состоящие под уголовным судом (Сборн. Сен. реш., т. II, 967), расточители, несостоятельные, имевшие ссору с родителями малолетнего (Зак. Гр. 256). Женщины не исключаются из опекунского звания*(160).

Сенат разъяснил, что во второй части 256 ст. сделано перечисление лиц, кои не должны быть назначаемы опекунами, лишь в виде примера, так как и в числе лиц, не подходящих под это перечисление, могут быть такие, которые не подают надежды к призрению малолетнего в здравии, добронравном воспитании и достаточном по его состоянию содержании и от которых нельзя ожидать отеческого к малолетнему попечения; посему на опекунских учреждениях лежит обязанность отказывать в назначении опекуном всякого, не соответствующего общему, выраженному в первой части приведенной статьи, требованию (Касс. реш. 1873 г. N 1239; 1885 г. N 106).

У нас опека — сословное учреждение. Однако в законе нет прямого постановления в таком смысле, что опекуны должны быть избираемы из того же сословия, к которому принадлежит малолетний; следовательно, нет прямого основания признать незаконным выбор опекуна из другого сословия или принадлежность к иному сословию признать законною причиною для отказа от опекунского звания. За всем тем не подлежит сомнению, что при существующем у нас юридическом, бытовом и хозяйственном различии сословий в большей части случаев необходимость требует и попечение о воспитании малолетнего, равно как об имуществе его, обязывает искать ему опекуна преимущественно в том сословии, к которому он принадлежит по рождению.

Число опекунов не полагается. Может быть назначен один или несколько (253). Вообще, если опекуном — родитель, и ему по завещанию не назначено в помощь другого, то ему одному предоставляется опека (230). В некоторых случаях назначается постоянно или временно дополнительный опекун, когда главный опекун состоит с малолетним в общем интересе по имуществу, напр., может делить с ним имение, или иметь денежную претензию на малолетнего, тяжебное с ним дело, или когда у матери есть второй муж, либо у отца вторая жена и т. п. Опекуны, когда их несколько, могут все совокупно заведовать опекою, или может быть между ними установлено разделение занятий, по усмотрению опеки и по обстоятельствам: напр., одному из опекунов может быть предоставлено воспитание малолетнего, с надзором за его личностью, другим — заведование имуществом или частью имущества (ср. Касс. реш. 1882 г. N 9; 1886 г. N 54).

Иностранные законодательства определительнее в этом отношении. Германские законодательства, не доверяя одной женщине, предписывают большею частью, на случай назначения опекуншею матери или бабки, придавать ей в помощь одного или двух опекунов (гамб., бавар., австр.). По французскому законодательству опекун не может быть один, но к каждому семейный совет назначает дополнительного опекуна (subrogй — tuteur), который должен надзирать еще за действиями опекуна и поверять их (Code 420-426, 448, 451). Прусское законодательство допускает два разряда опекунов: для непосредственного управления и для надзора (geventes et honorarii).

У нас влияние этого западного начала отозвалось в Литовском статуте: в Черниговской и Полтавской губерниях мать исправляет опеку вместе со старшими родственниками малолетнего или с дополнительными опекунами. Замужняя родственница призывается к опеке не иначе, как вместе с мужем. Родственники призываются к опеке в определенном порядке постепенности (Гр. 232, 295). Отцу предоставляется безотчетное управление имуществом, доставшимся малолетним детям после матери или от сторонних лиц.

Русский закон не говорит прямо, имеет ли избранный опекун, и по каким основаниям, право отказаться от опекунской должности. О родителях прямо сказано, что они могут отказаться (230, 231), а о прочих не упомянуто. В иностранных законодательствах вообще предполагается, что принятие опеки есть общая гражданская повинность и что отказаться можно лишь в определенных законом случаях, с разрешения суда. У нас к этому предмету и закон и обычай равнодушны, и причины отказа вовсе не означены в законе. Впрочем, надо полагать, что и у нас опекунство считается обязанностью, а не правом, следовательно, должно иметь характер принудительности, обязательности. (Только в уставе врачебном изд. 1892 г., ст. 557, указана одна причина отказа: управляющим аптеками, в виде исключения, предоставлено отказываться от опеки.)

В Касс. реш. 1872 г. N 641 Сенат признает, что когда имущество малолетнего вверено нескольким опекунам, то каждый из них пользуется одинаковыми правами, и делами они заведуют вместе, следовательно, вместе и представляют личность малолетнего. На семь основании апелляц. жалоба, поданная одним из таких опекунов по делу малолетнего, без участия или полномочия прочих, незаконна. Ср. также Касс. реш. 1877 г. N 17. В правильности этого взгляда можно еще усомниться, ибо, как выше показано, не во всех случаях деятельность опекунов предполагается совокупною и представительство их совокупным.

Опека, подобно всякому управлению, требует единства; необходимо, чтобы центральное заведование опекой сосредоточено было в одном месте. Когда имения, состоящие в разных уездах или разных губерниях, выдаются разными опеками, от сего происходят значительные хозяйственные неудобства, разноречия распоряжений и столкновения; посему в подобных случаях опека сосредоточивается в одном месте, где удобнее, для управления имениями или для воспитания малолетнего, или там, где находится значительнейшая часть имений. На сосредоточение опеки, а также и на перевод опеки, по дознанной хозяйственной необходимости, из одного места в другое испрашивается обыкновенно разрешение Сената.

Опекуны состоят в непосредственной подчиненности тем местам, коими определены (259 ст. Зак. Гр.). Определение их совершается непосредственно опекою или сиротским судом; увольнение по законным причинам зависит от тех же мест. Порядок требует, чтобы этого действия ни Гражданская Палата (до судебного преобразования и до преобразования в заведовании опеками), ни Сенат не принимали на себя непосредственно (Сб. реш. по опек. N 79, 82). И Палата (ныне судебные установления), и Сенат могут судить о правильности того или другого действия, совершенного опекой, только по доходящим до них жалобам. И о первой опекунской инстанции надлежит заметить, что дело ее состоит главнейшим образом в надзоре за опекунами и в руководстве, а не в непосредственных распоряжениях. Посему не следует опеке принимать на себя дела, принадлежащие к личному усмотрению и распоряжению опекунов (напр., продажу имущества, раздачу капиталов взаем и под залог, хозяйственные сделки по имению и т.п.)*(161). К непосредственным сего рода распоряжениям опека должна приступать с крайнею осторожностью, ибо в таком случае на нее падает непосредственно и ответственность, которая по порядку лежит непосредственно на опекуне (см. Сб. Сен. реш., т. I, N 638). Разрешение опеки, с утверждения губернатора, требуется для выдачи опекуну капиталов из государственного банка и прочих государственных и частных кредитных установлений (Уст. Кред. изд. 1893 г., разд. IV, ст. 68; Касс. реш. 1882 г. N 24, 128).

Вступление опекуна в должность. Опекуну дается, на имя его, указ. По этому указу все имущество он принимает по описи, вместе с членом опеки, составленной в двух экземплярах: один для опекуна, другой для опеки. По сей описи он принимает все имущество в свое хранение (ст. 266, 268). Многие опеки приняли за обычай брать на хранение (в кладовой казначейства) нетленные вещи, деньги, билеты и т. п., не доверяя их на руки опекуну; но такое распоряжение не основано на законе, что было неоднократно признаваемо и Сенатом (Сб. реш. опек. N 139). С минуты принятия имения по описи начинается и ответственность опекунов за целость оного.

Нет сомнения, что при самом вступлении опекуна в должность и в течение его управления опека может давать ему особые наставления и правила в руководство, по роду имения и по свойству управления. С этими наставлениями опекун обязан сообразоваться, если они не окажутся чрезмерно стеснительными и не будут по сей причине отменены.

Управление. Должность опекуна состоит: в попечении об особе малолетнего и в управлении его имуществом (262-265). В первом отношении обязанности его те же, что и родителей — воспитать и приготовить малолетнего к жизни, сообразной с его состоянием. Опекун ищет за него в личных обидах (263-265). Согласие опекуна требуется при вступлении в брак лиц, состоящих под опекою (Зак. Гр. 6; Уст. Иностр. Исп. 203. У лютеран опекуны могут отказывать в своем согласии лишь по означенным в законе причинам).

В последнем отношении: опекун приводит в известность имущество малолетнего, справляясь обо всех капиталах, которые могли быть внесены в государственный банк умершими вкладчиками или переданы в банк из бывшей сохранной казны (267). Капиталы малолетнего опекун вносит для хранения в кредитное установление, либо обращает в процентные бумаги, либо отдает в частные руки за проценты под верные залоги и заклады или под векселя, или употребляет в торги и промыслы и тому под. До 1859 года закон был стеснительнее: капиталы малолетних из дворян дозволялось отдавать только под закладные (Ср. Сб. Сен. реш., т. 2, N 919). Ныне допускается законная возможность опекуну употреблять капиталы малолетнего на выгодные для него (но не сопряженные с рискованной спекуляцией) операции, на покупку выгодных имений, выгодных кредитных бумаг и т. п. Для этой цели опекун не лишен возможности брать капиталы малолетнего, хранящиеся в кредитных установлениях, но не иначе, как с разрешения такой власти, которая может знать положение малолетних и личность опекунов и оценить основательность причин и побуждений к взятию и употреблению капитала. Разрешение это дается дворян. опекою или сиротск. судом, с утверждения губернатора (Уст. Кредитн., изд. 1893 г., разд. IV, ст. 68). Несовместным почитается с должностью опекуна, когда сам он берет в заем себе капиталы малолетних (примеч. к 268 ст. Зак. Гр.).

Читайте так же:  Лицензия lcp

Опекун управляет недвижимым имением (269, 270), к поддержанию и улучшению хозяйства и к пользе малолетнего*(162). Взыскивает денежные претензии и ходатайствует по тяжебным делам малолетнего (274, 282). Заботится об уплате долгов малолетнего, преимущественно из доходов; когда нечем платить проценты, может на сумму их выдавать, с разрешения опеки, заемные обязательства (275, прим.). В нужных и сомнительных случаях испрашивает разрешения опекунского места (286).

Обращение вещей и имуществ в деньги совершается на следующем основании. Тленные вещи продаются опекуном без особого разрешения, но с отчетом опеке. (В законе нет прямого предписания опекунам обращать в продажу тленные имущества, во избежание порчи и гибели, но от усмотрения опеки или сиротского суда зависит, по роду имущества, вменить таковую продажу в обязанность опекунам Ср. Сб. Сен. реш., т. 1, N 646). Нетленные вещи и недвижимое имущество продаются в особенных случаях, с соблюдением особого порядка: по просьбе опекуна опекунское место, буде признает необходимость продажи, входит с представлением через губернатора в Сенат, от коего зависит окончательное разрешение.

Продажа ценных нетленных вещей допускается: 1) по необходимости для уплаты долгов малолетнего или для содержания его; 2) если вещи составляли товар того лица, от кого дошли к малолетнему. Продажа недвижимых имуществ допускается: для платежа наследственных долгов, по ветхости и бездоходности строения. Разрешение Сената требуется в видах охранения собственности малолетних от растраты и продажи оной недобросовестными опекунами без действительной необходимости, следовательно, Сенату надлежит всякий раз поверять выставляемую опекунскими местами побудительную причину продажи. Эта поверка оказывается полезною во многих случаях, особливо при небрежном или пристрастном управлении опекаемым имением. (Бывали, напр., случаи, что мать требовала продажи имения детей своих за претензию свою к отцу их, никому еще не предъявленную и никем в порядке не признанную, и продажа признаваема была за нужную опекунскими местами, но когда дело доходило до Сената, Сенат отказывал в разрешении). Разрешение Сената признается необходимым, когда предполагается вольная продажа; оно не нужно на публичную продажу в исполнение судебных решений по уставу Гражд. Судопроизводства, или по просрочке платежей по залогу имения в кредитном установлении (Касс. реш. 1878 г., N 184, 1881 г., N 31). Положения эти применяются только там, где введен новый порядок судопроизводства; в местностях же, где еще остался прежний порядок, разрешение Сената требуется всякий раз, когда при малолетстве владельца возникает повод приступить к продаже, и условие это столь существенно, что продажу, учиненную без разрешения Сената, велено признавать недействительною, хотя бы она произведена была с публичного торга и хотя бы состоялся приговор судебного места об обращении в продажу имения. Только в таком случае разрешение Сената не нужно, когда продажа производится на основании окончательного решения судебного места, состоявшегося еще при жизни прежнего, совершеннолетнего владельца (Зак. Суд. Гр., ст. 627).

Под правило о продаже недвижимостей обыкновенно подводится продажа на сруб леса, так как лес на корню может быть причислен к вещам, тлению не подверженным, и притом составляет до сруба такую часть недвижимости, от которой зависит нередко главная ее ценность (Общ. Собр. Сен. 1869 г. по д. Калиновских); но для продажи имения, заложенного и просроченного в кредитных установлениях, — согласно разъяснению Сената, разрешения его не требуется (Сб. Сен. реш., т. 1, N 726). Продажа не по приговору судебному, а для хозяйственных целей и по распоряжению опеки, совершается повольною ценою, через самих опекунов (Зак. Гр., ст. 277).

Об отдаче в аренду земель из помещичьих имений, принадлежащих малолетним (см. Зак. Гражд. 277, прим. 1).

Займы под залог имений малолетних в кредитных установлениях (или перезалог) или у частных лиц совершаются также не иначе, как с разрешения Сената, когда того требует благосостояние и польза малолетнего (ст. 280). Это правило надобно разуметь в тесном смысле, т. е. разрешение Сената требуется на каждый отдельный случай займа и залога, с объяснением поводов и нужд. Залог дозволяется лишь для нужды, а не для промысла. На сем основании едва ли возможно допустить общее разрешение опекуну обращать в залог имущество малолетнего, по усмотрению, или доверять оное частным лицам для представления залогом по подрядам и поставкам.

Разрешается ли опекуну входить в личные (а не под залог) займы от имени малолетнего, — об этом закон не упоминает; но одно не вытекает из другого, ибо займы под залог имения по необходимости ограничиваются ценностью сего имения, а личный кредит не имеет внешней меры. Без сомнения, могут быть случаи, когда личный заем представляется полезным и даже необходимым средством для хозяйственной операции по имению (напр., когда нечем платить на срок проценты по существующему долгу, можно выдать на сумму сих процентов отдельное обязательство, с расчетом уплаты в денежную пору, при поступлении доходов); но, во всяком случае, опасно предоставлять опекуну возможность кредитоваться лично от имени малолетнего, ибо таковой кредит соединен с риском, с увлечениями и с ошибками в расчете, которые могут быть гибельны для малолетнего. Разумеется, в тех случаях, когда наследственное имущество состоит в торговом капитале, пущенном в оборот, и опекунское хозяйство состоит в поддержании и продолжении оборотов, тогда кредитные сделки по ним принадлежат уже к сущности опекунского управления.

Раздел наследства, в коем участвуют малолетние, производится опекунами, под их ответственностью и под надзором опеки; раздельные акты, во всяком случае, должны быть представляемы на утверждение окружного суда или суда первой степени (ст. 1336 и 1337).

Вознаграждение за труды опекуны (все вместе, если их несколько) получают 5 процентов ежегодно (в Черниговской и Полтавской губерниях 10%) из доходов с имений (284, 285).

Неоднократно возникал и возникает еще вопрос: с чистого или с валового дохода надлежит полагать это вознаграждение. Вопрос сей разрешается весьма разнообразно, и можно привести немало решений в том и в другом смысле. В 1865 году Общее Собрание Сената приступало было к решительному определению сего предмета, и Мин. Юст. заявил мнение, что проценты следует исчислять с валового дохода; но Государственный Совет предпочел оставить сей вопрос в нерешении до общего пересмотра законов об опеках. Нельзя не заметить, что при разрешении сего вопроса по букве закона правильнее производить исчисление с валового дохода, хотя в отдельных случаях такое исчисление может оказаться несправедливым и обидным для малолетних. Общее выражение «доход» без прибавления «чистый», употребляемое в законе, указывает на сумму, которою представляется общая производительность имения*(163). Для Черниговской и Полтавской губерний отдельною статьею определено производить исчисление процентов с чистого дохода (см. Журн. Мин. Юст. 1865 г. N 6, ст. Любавского и N 9, решение по д. Попова). Кроме того, нельзя не различать в сем отношении роды имущества, состоящего в управлении.

Практика Сената склоняется, однако же, к тому воззрению, что определяемое опекунам вознаграждение 5% следует исчислять с чистого, а не валового дохода, ибо толкование 284 ст. Зак. Гр. в смысле исчисления с валового дохода имело бы невыгодные последствия для опекаемых, так как во многих случаях за вычетом вознаграждения, причитающегося опекуну с валового дохода, на содержание и воспитание малолетнего ничего бы не осталось из чистой прибыли. Вместе с тем Сенат признает, что вознаграждение опекуны получают только с доходов, а не с иных прибылей в имуществе опекаемых, поэтому вознаграждения опекунам не полагается, напр., со взысканных с должников капиталов, из сумм, вырученных от продажи леса, когда они представляются не доходом, а когда самая продажа уменьшает ценность имения; с выигрыша на билет внутреннего займа (Касс. реш. 1872 г. N 614, 1879 г. N 177, 1880 г. N 45).

Опекуну над имением кн. Мингрельского было отказано в выдаче 5% с ежегодной аренды в 10 000 р., пожалованной на 20 лет в возмещение убытков, понесенных домом Мингрельских в восточную войну, и б) с 12 000 р. ежегодно, на время пожалованных, в возмещение прежнего таможенного сбора по княжеству Мингрельскому. Отказано на том основании, что эти суммы составляют не ежегодный доход, а замену потерянного в прежнее время имущества другим капиталом. Сенат (Касс. 1872 г., N 1087) признал это рассуждение неправильным и несогласным с 284 ст. Зак. Гр., по смыслу коей под доходом разумеется «не только приращение к недвижимому имению опекаемого и прибыль от обращения его капиталов, но и вообще всякого рода постоянно и ежегодно (?) получаемое малолетним, вследствие его исключительного личного или общественного положения, денежное приобретение, второе по сему может и не иметь никакого основания (?) в самом имуществе лица».

В 1870 г. по делу Новосильцевых Сенат рассудил, что вознаграждение рассчитывается по доходам, а не по трудам, следовательно, опекун, продавший собранный до него другими опекунами хлеб, вправе получить % с вырученной суммы.

Опекун утверждается в своем звании правительством, и звание это происходит от государственной повинности, а не из договора; всякая должность, устанавливаемая правительственною властью, есть ответственная и, поскольку соединена с управлением, есть отчетная. В этом смысле нельзя представить себе и нельзя допустить опеку безотчетную, хотя бы умерший вотчинник имения, по особому доверию к лицу, рассудил за благо освободить его от всякой отчетности по управлению имением и по воспитанию наследника: такое доверие не имеет места в отношении государственном — правительства к опекуну, ибо в государственном отношении вообще нет места личному, колеблющемуся и изменчивому чувству доверия. Посему все завещательные распоряжения такого рода признаются недействительными. Таковы были решения по сему вопросу Правительствующего Сената и Комитета Министров (в 1855 г. по д. девицы Петровой, см. Сборник решений об опеках в трудах Комиссии, т. II, N 211-215. Сб. Сен. реш., т. II, N 569). Итак, всякий опекун обязан отчетностью опекунскому месту, определившему его в должность. По прошествии каждого года, в январе, представляет он дворянской опеке или сиротскому суду отчет о доходах, расходах, содержании, воспитании и промыслах малолетнего. Опекунское место ревизует эти отчеты, поверяя статьи оных, причем наблюдается, чтобы сомнительные статьи расходов были удостоверены (ст. 286-288).

Опека ревизует отчеты по должности, собственною властью, независимо от иска и жалобы. Такая ревизия, по сущности своей, ограничивается предметами, не представляющими сомнения или спора. Сюда относятся: поверка правильности показываемого прихода и расхода, надзор за распоряжениями опекуна и соображение оных с данными ему наставлениями и формами, общее попечение о том, чтобы управляемому имению приносима была польза, а не погибель и разорение (ст. 287). При сем, без сомнения, те расходы, которые признаны будут явно произвольными и несообразными с положением имения, могут быть относимы на счет опекуна, если он не докажет, что они были правильны и нужны*(165). Но, независимо от правительственной ревизии отчетов, действия опекуна по управлению чужим имением, как и всякого лица, действующего на чужой счет, по условию или поручению, подлежат поверке того лица, в чью пользу опекун действует и распоряжается, как скоро настоящий владелец приобретет законную возможность таковой поверки, и в сем случае (независимо от утверждения отчетов опекою) сохраняется ему право доказывать на суде свой убыток и требовать возмещения от виновного (См. Касс. реш. 1869 г. N 935; 1873 г. N 578). По общему правилу опекуны и попечители, в случае нерадения или умысла в упущении прав лица, попечению их вверенного, отвечают собственным имением по мере происшедшей от того или могущей произойти для малолетнего потери (290, 677, 684 ст.). Эта ответственность определяется судом по иску, предъявляемому последующим опекуном или самим состоявшим под опекою, по пришествии в совершеннолетие. Давность по сему иску исчисляется по времени совершеннолетия, но может быть и еще отсрочена, если опекун, оставшийся до конца, не представил общего отчета по имению, который обязан представить за все года, по окончании опеки (ст. 286).

Бохан, назначенный опекуном к имуществу умершего Королько, растратил из этого имущества выигрышные билеты и проценты на них. По признании имущества выморочным, к Бохану был предъявлен казною иск в 4963 рубля, против которого Бохан указал на истечение давности. Гр. Касс. Департ., до которого дошло настоящее дело, признал, вопреки решению Судебной Палаты, исчислившей течение давности со дня заклада билетов, давность не пропущенною, так как в делах о растрате опекунами переданного им имущества право на иск возникает лишь с того времени, когда для опекуна наступила обязанность сдать имущество, т. е. со времени увольнения его от звания опекуна; с другой стороны, по мнению Сената, неправильное распоряжение имуществом, вверенным опекуну, не ограничивается одним фактом этого распоряжения, а продолжается все время, пока опекун остается его хранителем, т. е. до сдачи по окончании опеки (Касс. реш. 1894 т. N 22).

Опекунские дела такого свойства, что невозможно обсуждать их и принимать подлежащие распорядительные меры исключительно на основании юридических соображений и формальных доказательств. Где те и другие не требуются по свойству предмета или прямо по закону, напр. при соображении о качествах лица, о пользе и характере, там определение меры зависит от усмотрения установленного опекунского правительства, которое в иных случаях подлежит ревизии высшей же опекунской инстанции, но вовсе не допускает ревизии со стороны судебной власти, даже в порядке опекунского делопроизводства. Одно необходимо признать — что усмотрение самой опекунской власти должно быть не безотчетное, но основанное на соображениях и резонах, состоящих в связи с распоряжением, и потому распоряжение может быть отменено, если оно само в себе не оправдывается, т. е. не объясняется резонами и имеет вид произвола, тем более, если имеет вид пристрастия. Притом надлежит еще заметить, что пределы власти, предоставленной каждому из органов опекунского надзора, должны быть строго охраняемы. Так, напр., невозможно допустить, чтобы распоряжения, зависящие от совещания в целом составе опекунского учреждения, исходили лично от одного из членов этого учреждения (от предводителя двор. или от заседателя в составе опеки и т. п.).

Малолетние при трех опекунах проживали со смерти матери своей и еще при живом отце, до кончины его, у своего деда по матери. Один из опекунов одобрил это, а двое прочих просили передать детей опекунам, выставляя неудобства проживания их у деда. Окр. суд уважил это ходатайство, но Палата оставила оное без уважения, приняв на вид, что дети проживали у деда еще при живом отце, а опекуны не представили положительных доказательств, чтобы детям от того происходил вред. Опекуны показывали, что дед неграмотен, что он имел ссору с родителями сирот и что в семействе его есть незаконнорожденные (ст. 263 Гр. Зак.).

Читайте так же:  Енвд патент сравнение

Палата нашла, что неграмотность не лишает деда возможности печиться о малолетних, что ссора была неважная и не вела к нарушению семейного согласия и что последнее обстоятельство само по себе не имеет значения, если не доказано, что от него именно происходит какой-либо вред для сирот в совместной с дедом жизни. Сенат оставил в силе определение Палаты, признав, что обсуждение фактической стороны дела зависело от ее усмотрения (Касс. реш. 1872 г. N 1076).

К ограждению малолетних от ущерба со стороны опекунов постановлено, что опекун и попечитель отвечает несовершеннолетнему за всякую потерю в капитале, который по распоряжению его был вверен лицу, оказавшемуся впоследствии несостоятельным. Но если сам опекун или попечитель, употребив капиталы или имущества, попечению его вверенные, по делам своим, придет в несостоятельность, то имущества сии и ценности не поступают в массу, но сохраняются для несовершеннолетних сполна, с процентами по день открытия несостоятельности (ст. 291, 292 Зак. Гражд., Уст. Суд. Торг. изд. 1893 г., ст. 560, 561). С сим правилом не вполне согласуется ст. 599 Уст. Суд. Торг., в которой в порядке удовлетворения долги сего рода упоминаются в первом разряде.

Последствием ревизии отчетов может быть и удаление опекуна от должности, когда опека имеет основание заключить, что действия опекуна вредны или управление его неблагонадежно. На этот предмет закон не дает прямых указаний, и решение зависит от справедливого хозяйственного усмотрения*(166) или от обнаружения в лице опекуна таких качеств и отношений, которые несовместны с опекунским званием.

Вообще судебная практика наша клонится к тому воззрению, что увольнение опекуна от должности не должно быть произвольным и безотчетным действием опекунской власти, но должно быть основано на соображении о положительном вреде, происходящем для имения или для малолетних от деятельности или от бездействия опекуна. Никому из родственников или должностных лиц закон не предоставляет в этом отношении решительной власти усмотрения. Если жив один из родителей малолетнего и если даже сам участвует в управлении в качестве опекуна, жалобам его и заявлениям на других опекунов не дается особой силы, если они не подкреплены положительным удостоверением (по сему предм. реш. Общ. Собр. Сен. 1867 г. по д. Ржевского).

Настоящее устройство и состояние у нас опеки совсем неудовлетворительно. Причина тому — не только в самом учреждении опеки, но и в условиях общественного быта. Опекунское учреждение не может исправно действовать, если в нем мало оставлено места свободному действию семейных отношений и если все в нем основано не на доверии нравственном и хозяйственном, а на соблюдении внешнего правила и канцелярской формальности: а таково именно наше учреждение опеки. Опекунское учреждение у нас получило значение присутственного места, имеющего указанный ему круг ведомства и порядок делопроизводства. И назначение опекунов, и наблюдение за их действиями, и поверка отчетов, и попечение опеки о малолетних — все это стало у нас делом формы и обряда канцелярского, так что опекунское дело, поставленное в зависимость от канцелярской формы, становится нередко отяготительно и несносно для добросовестного деятеля в той же мере, в какой оно удобно для своекорыстного и недобросовестного, когда он может злоупотребления свои прикрывать соблюдением внешних формальностей. Опекунское учреждение состоит у нас из должностных лиц, которые по канцелярской привычке ограничивают свою должность составлением и подписанием бумаг, до опеки относящихся. Естественно, что в этом порядке производства всякое дело чисто хозяйственного соображения, как, напр., ревизия отчетов, становится делом формы, применение коей или канцелярская очистка зависит от произвола и разумения чиновников, большей частью от канцелярии опекунского места, от которой вследствие того зависит утверждение или отрицание хозяйственных распоряжений. Таким образом, опекунская должность, сама по себе отяготительная и ответственная, становится вдвое тяжелее для добросовестных деятелей, и для многих опек не находится желающих взять на себя это бремя, когда нет в виду близких родственников малолетнего. В таких случаях для замещения опекунской должности присутственное место избирает неволею местных обывателей, так что должность эта для одних получает значение тяжкой повинности, от которой стараются всеми мерами освободиться посредством той же канцелярии опеки; для других получает значение выгодного промысла, который стараются получить теми же средствами.

Эти недостатки учреждения опек давно уже требуют исправления и преобразования. Преобразование это предположено было еще гр. Сперанским, под руководством коего начаты были работы для составления проекта положения об опеках. Составленный в 1838 году проект рассматривался в Государственном Совете, коим признана необходимость отделить места опекунского управления от мест судебных и учредить для ревизии опекунских дел Губернскую Опеку. Делу об опеках дано было вновь законодательное движение, вследствие чего составлен был в 1847 году новый проект, также не получивший окончательного утверждения. После новой попытки к решению дела, в 1861 году, образована была при Министерстве Внутренних Дел особая Комиссия, которою составлен в 1865 году новый проект положения. В сем проекте, между прочим, предположено приурочить опекунское учреждение к земским управам, в качестве земской опеки, вторую опекунскую инстанцию (не существующую уже в настоящее время) признать вовсе ненужною и призвать к участию в опекунском надзоре ближайших родственников малолетнего в общем родственном совете. Проект этот не был внесен на рассмотрение в законодательном порядке, а ныне, по учреждении комиссии для составления проекта гражданского уложения, на сию комиссию возложен пересмотр законов об опеке, и предположения ее по сему предмету Высочайше повелено внести в Государственный Совет, не ожидая окончания работ по названному проекту.

Комиссия уже исполнила свою задачу. В составленном ею проекте предположено уничтожить разделение опекунских установлений по сословиям и установления эти образовать под ведением съездов мировых судей и уездных съездов, где введены земские начальники, а ближайшее наблюдение за опеками возложить на опекунских начальников — мировых и городских судей и земских начальников. По делам об опеках в съездах предполагается участие сословных представителей — от думы и дворянства (где не введены земские начальники), а также от земства. Опека по проекту продолжается до достижения состоящими под оною лицами 21 года, так что существующее теперь различие между малолетними и несовершеннолетними, по утверждении проекта, уничтожится. Несовершеннолетние не исключаются, однако, от всякой самостоятельной деятельности; по достижении 17-летнего возраста им разрешается совершение сделок, относящихся до обыкновенных потребностей жизни, и может быть родителем или опекуном дано право получать доходы с имуществ и проценты с капитала, управлять имениями, производить торговлю и промысел и совершать нужные для этого сделки. Те же права принадлежат, по проекту, несовершеннолетним по вступлении в брак, хотя бы им было и менее 17 лет. Опека принадлежит, по проекту, отцу несовершеннолетнего, а после него — матери. Отец и мать суть законные опекуны. Когда их нет и никто ими не назначен в завещании или ином акте опекуном, опекун назначается опекунским начальником из ближайших родственников несовершеннолетнего, а при неимении их из посторонних. Опекуны должны удовлетворять определенным условиям, должны быть способны к опеке. Им предоставляется право отказа от опекунской должности по определенным причинам; так, могут отказаться женщины, лица старше шестидесяти лет, состоящие на военной службе и проч., а также предоставляется право просить об освобождении от опеки, напр., вследствие болезни, малограмотности, перемены места жительства и т. п. При опекуне может быть учрежден семейный совет под председательством опекунского начальника из родственников несовершеннолетнего, а когда совета нет, то для решения некоторых дел опекунский начальник должен для совещания приглашать родственников несовершеннолетнего.

Независимо от опеки над совершеннолетними, в проекте имеются правила об опеке над душевнобольными, глухонемыми, немыми, слепыми и расточителями.

Понятие о попечительстве не упразднено в проекте, но получило другое, чем по действующему закону, значение. Попечительство назначается к несовершеннолетнему тогда, когда родители или опекуны временно не могут исполнять свои обязанности по опеке или когда сделано распоряжение лицом, предоставившим несовершеннолетнему какое-либо имущество безвозмездно, об устранении родителя или опекуна. В этом случае попечительство назначается только к данному имуществу. Попечительство на основании проекта назначается также над непринятым наследством, при споре против завещания и при судебном разделе, над имуществом отсутствующего или безвестно отсутствующего.

Особыми правилами определены в проекте опеки и попечительства у сельских обывателей. Их предположено приурочить к ведомству волостных судов, и на эти суды возложить обязанности опекунских начальников, а обязанности съездов — на земских начальников и мировых судей.

Проект Комиссии рассылался на заключение дворянских собраний; от них получены замечания, вызвавшие необходимость некоторой переделки, после чего он будет внесен в Гос. Совет.

Вообще трудно приложить опеку, как юридическое установление, к крестьянскому быту, в настоящем его виде, по хозяйственным его условиям. Опекунское дело у всех сословий крайне затруднительно, а у крестьян и подавно. Оно, как и всякое другое дело, имеет свою экономическую сторону, которая не зависит от определений законодательства и не поддается им. Опекунская администрация устанавливается с удобством там, где, по свойствам хозяйственного быта, имущество может быть с удобством отделено от личного хозяйского труда и поддается, помимо прямой воли владельца, чьей бы то ни было администрации, сохраняя свою ценность и производительность: другими словами: опекунская администрация тем проще и правильнее, чем определительнее рыночное, меновое значение имущества, подлежащего опеке. В таком случае не затруднителен и надзор за опекунским управлением, ибо удобен и доступен каждому во всякую минуту учет ценности и производительности имущества, равно и издержек, потребных на охранение его и администрацию. В противном случае, как бы ни были строги и принудительны законы опеки, сколько бы ни было установлено формальностей для надзора, надзор будет затруднителен, ибо учет затруднен либо вовсе невозможен. У нас, как известно, ценность и производительность имуществ в большей части случаев зависят от личных и случайных обстоятельств, а не от законов рыночной мены, подвержены многообразным случайным колебаниям и в редких случаях допускают ясный и правильный учет. Отсюда происходят крайняя неясность и неопределительность отношений по опеке и крайние затруднения опекунской администрации. Крестьянское же хозяйство находится, можно сказать, в первобытном состоянии: здесь ценность и производительность имущества зависят вообще почти исключительно от личного труда, и отделенное от него имущество весьма часто теряет ценность или понижается до последних пределов ценности. Обыкновенно имущество крестьянского дома не представляет безличного, определительного капитала, который мог бы поддержать и сохранить свою ценность и производительность в течение опеки; а потому оно и не выдерживает опеку как учреждение. В особенных случаях может, конечно, найтись стороннее лицо, которое, из участия к малолетнему, вступает в его хозяйство в интересе его, в качестве опекуна; но и деятельность такого опекуна, по самому свойству хозяйства, не выдержала бы сопряженного с опекой формального контроля и формальной отчетности. Кто возьмет сироту в дом, тот и опекун. Иногда бывает, что опекун выбирается и утверждается обществом по приговору, но вообще в крестьянском быту не требуется формальное утверждение опекуна (это признано и Сенатом. Касс. реш. 1867 г., N 352; но в другом решении 1872 г., N 210 подтверждено, что назначение опекунов и попечителей лежит на обязанности сельского схода). Правильный, периодический учет опекуна тоже не в крестьянском обычае, что объясняется незначительностью, в большей части случаев, крестьянского имущества. Сиротские деньги хранятся иногда в волостном правлении или в церкви, а земля сдается в общество. До отчетности опекуна, когда у него есть на руках имущество, доходит дело только в случае обнаружения растрат и злоупотреблений.

Итак, учреждение опеки чуждо крестьянскому быту, по сущности оного, до того чуждо, что в некоторых местностях есть обычай: за смертью хозяина, оставившего малолетних, отдавать хозяйство на руки одному из родственников, на правах не опекуна, но полного хозяина — на всю его жизнь, в совершенной независимости от малолетних детей прежнего владельца, с тем, что лишь по смерти нового хозяина имущество переходит к старшему сыну прежнего владельца. В таком отношении (которое решительно немыслимо в быту других сословий) ясно выражается исключительное значение, придаваемое личному труду, сравнительно с капиталом, не допускающим правильного учета. Только у колонистов-менонитов есть правильное обычное, писаное право, которым подробно определяется порядок опеки и опекунского управления*(167).

Опеки по закону прибалтийских губерний. Несовершеннолетие полагается до 21 года, но по достижении 18-летнего возраста допускается с утверждения судебной власти эмансипация. Опекуны устанавливаются по закону (родители) или назначаются по завещанию и по определению от правительства. Опека принадлежит ближайшим родственникам в порядке призвания к наследству. Опекунами не могут быть женщины (кроме матери и бабки); требование о назначении опекуном не допускается. Опекунство составляет общественную повинность; отказываться от него и, приняв, слагать его с себя дозволяется лишь по означенным в законе причинам (Гр. Зак. Остз. 269-336). Остзейский закон об опеках весьма развит сравнительно с русским и может служить во многих отношениях образцом для последнего, особливо в том, что касается до юридической идеи представительства, до инструкции управления и до ответственности. В распоряжении имуществом опекуну предоставлена значительная свобода, с коею закон соединяет и строгую ответственность, определяя с точностью случаи, в коих требуется утверждение суда. Опекунов определяется, по общему правилу, два, и все они связаны по совокупному управлению круговою порукой в ответственности. Они обязаны представлять сиротскому суду ежегодные отчеты (кроме родителей, деда, бабки и уволенных по завещательному назначению от отчетности). В вознаграждение опекунам полагается (за местными исключениями) 5% с чистого дохода. По прекращении опеки представляется заключительный отчет. На предъявление иска к опекуну полагается особливая краткая давность. Попечительство устанавливается лишь для совершеннолетних, по особым причинам вне семейственных отношений (ст. 337-493).