Орлов нотариус пушкино

ОРЛОВ И ПАРТНЕРЫ ПРАВОВОЕ БЮРО

При обращении в компанию « ОРЛОВ И ПАРТНЕРЫ ПРАВОВОЕ БЮРО », пожалуйста, скажите, что нашли информацию на сайте Желтые Страницы YP.RU (УайПи.ру)

Все компании по адресу:

Желтые Страницы рекомендуют

Похожие компании

Другие компании из раздела Нотариальные услуги в Москве

Отзывы клиентов компании ОРЛОВ И ПАРТНЕРЫ ПРАВОВОЕ БЮРО

Отзывы об этой компании отсутствуют. Вы можете добавить первый отзыв, предварительно авторизовавшись на сайте. Ваш отзыв будет утвержден модератором, после чего появится на сайте. Статус модерации всегда можно узнать в личном кабинете.

За что убивают нотариусов

Свой человек в конторе

В такое опасное, но перспективное время решил податься в нотариусы адвокат из подмосковной Ивантеевки, кандидат юридических наук Владимир Орлов. В 1994 году он получил от Минюста лицензию № 005378 и за короткое время превратился в успешного столичного нотариуса с солидным офисом в центре Москвы, который на деле был только «визиткой». Основной доход юрист собирал через несколько неофициальных контор в спальных районах столицы – каждая с печатью-дублером и левым реестром для сомнительных сделок. Параллельно Орлов занимался строительством личной нотариальной империи в окрестностях родной Ивантеевки при поддержке чиновников из органов юстиции, где решались вопросы о квотах, лицензиях и надзоре.

Примерка «Короны»

Как часто высокопоставленный чиновник помогал будущему главарю банды, судить сложно. Однако факт остается фактом: влияние Орлова в Подмосковье только крепло в этот период. Его небольшая фирма «Корона», зарегистрированная в 1992 году в Ивантеевке, постепенно разрослась до крупной юридической компании, получила приставку «правовое бюро» и переехала в соседнее Пушкино – в двухэтажный бизнес-центр на Ярославском шоссе, оформленный на сына Орлова. Считается, что именно через генерала владелец «Короны» добился увеличения квот на нотариусов в Мытищах, Пушкино, Ивантеевке – где посадил на хлебные места с десяток своих людей, некоторых даже без высшего юридического образования. Выручку его подопечные сдавали в кассу правового бюро, получая смешную по меркам этого бизнеса зарплату в 6000 руб. Схема работала четко и приносила солидный доход. Со временем под полным контролем Орлова оказались Пушкинский и Ивантеевский нотариальные округа. Разумеется, солидную часть доходов хозяин «Короны» здесь получал за счет как неучтенных для налоговой сделок, так и откровенного криминала (фиктивные договоры купли-продажи, доверенности на подставных людей, липовые завещания)

«Голубая» смерть покровителя

А вот убийство президента Федеральной нотариальной палаты, первого частнопрактикующего нотариуса Москвы Анатолия Тихенко, которое произошло за две недели до трагедии с Власовым, явно не было бытовухой. Юриста расстреляли 28 февраля 2001 года у подъезда его дома на Беговой улице, когда он возвращался с работы, – преступник выпустил пять пуль, включая «контрольный» в голову. Авторитетный правовед, один из авторов Основ законодательства о нотариате, обладатель лицензии № 000001 от 7 апреля 1993 года, часто становился инициатором проверок недобросовестных нотариусов. Незадолго до смерти Тихенко публично говорил о постоянных угрозах в свой адрес, среди прочих упоминая Орлова. Оперативники отрабатывали владельца «Короны» на причастность к преступлению, даже провели обыск в его квартире, но дело заглохло. Киллера и заказчика Тихенко, как и погибшей при аналогичных обстоятельствах Бородиной, найти не удалось даже годы спустя.

Печальное совпадение: Тихенко в 1984 году начинал карьеру консультантом в отделе нотариата Минюста РСФСР по приглашению и под началом главного специалиста отдела Владимира Челышева – будущего президента Московской областной нотариальной палаты (МОНП). Спустя годы именно благодаря расследованию убийства Челышева и его ближайшего соратника Олега Петринского за решетку отправится Орлов вместе со своей бандой.

«С тобой разберутся, как с Тихенко»

Позднее на допросах Орлов утверждал, что был лично знаком с Челышевым с 1986 года и всегда поддерживал теплые отношения, пока глава областного нотариата их сам не испортил. В начале 2000-х президент МОНП якобы нарушил договоренности и отдал место одного из старейших частных нотариусов России Людмилы Емельяновой (она работала в «Короне») не ее племяннице, а другому человеку. Разозленный Орлов несколько раз тогда угрожал по телефону Челышеву серьезными последствиями, обзывал тварью и взяточником. В разгар конфликта – в июне 2005 года – Орлов заявился в контору к Челышеву. «С тобой разберутся скоро и очень серьезно, поступят, как с Тихенко», – с такими словами, по свидетельству очевидцев, он требовал, чтобы президент МОНП сложил полномочия. Отметим, что Орлов все-таки добился в судах возврата лицензии своей протеже.

Потеря «правой руки»

Ревизия имела для Орлова самые печальные последствия. Под удар попал его «правая рука» – ивантеевский нотариус Игорь Ларин, управделами правового бюро «Корона». По предложению президента МОНП Ларину объявили строгий выговор за утерю нотариального архива, «исчезнувшего» аккурат накануне проверки. Потом влепили еще один «строгач». А в начале июля 2006 года по гражданскому иску от МОНП через Пушкинский горсуд лишили лицензии. На вакантную должность заступила работать, выиграв конкурс, нотариус Ирина Радаева. Потеря ключевого члена команды, да еще в родной вотчине, окончательно взбесила вспыльчивого и агрессивного Орлова.

Под боевым крылом «Орла»

В августе 2007 года к банде сразу после отсидки за хранение наркотиков присоединился наркоман-героинщик Андрей Зотов. Он был соседом Садовникова и лично знал Орлова с 1994 года – обращался за юридической помощью, когда находился под следствием за кражу и разбой. Обещаниями легких денег приманили еще двух уголовников. Ранее судимого наркоторговца и земляка Сергея Сараева, знавшего Зотова и Садовникова по криминальным делам. И еще одного мытищинца – Эдуарда Белобородова, штатного киллера «ореховской» ОПГ, осужденного в 1996 году Мосгорсудом на 15 лет за убийства по найму. Освободившийся условно-досрочно в 2006 году «браток» остался не у дел – основной костяк «ореховских» был к тому времени разгромлен.

Роли в банде распределились очевидным образом. Главарь Орлов давал указания и щедро оплачивал акции устрашения. Садовников, как многоопытный преступник, стал лидером боевого крыла, отвечал за оперативное планирование и исполнение заказов, ввел жесткую дисциплину и конспирацию. Остальные были на подхвате. Всем участникам присвоили клички. Орлову – Орел, Садовникову – Садовник, Белобородову – Болт, Сараеву – Сарай, а Зотову – Фашист. Сараеву и Белобородову, незнакомым друг с другом, строго запретили прямое общение. Бандиты обзавелись арсеналом, который хранили в специально устроенных тайниках. Например, Садовников на квартире в Мытищах в канализационном стояке прятал гранату. Орлов держал на дому в Ивантеевке охотничье ружье. Белобородов отвечал за два пистолета с глушителями и пару револьверов.

Из нотариусов – на кладбище

Мифический долг бандиты «трясли» в общей сложности год – до сентября 2008-го, превратив жизнь юриста в настоящий ад. «Ты поставила на карту свою жизнь, – угрожал владелец «Короны», предлагая продать дом и выплатить деньги. – Из нотариусов уходят либо добровольно, либо на кладбище». Стращал, что его боевики вывезут нотариуса в лес и убьют вместе с мужем. Ему он тоже постоянно звонил на мобильный с обещанием пустить пулю в лоб. По заявлению Кутейниковой дело о вымогательстве было возбуждено УВД города Пушкино, но потом необъяснимым образом исчезло из архива.

Следующей жертвой банды стала нотариус Галина Смирнова, с жалоб которой началась организованная президентом МОНП масштабная ревизия в Пушкинском нотариальном округе. Непокорную экс-сотрудницу «Короны» Орлов велел наказать с особой жестокостью. В феврале 2008 года Садовников и Зотов напали на юриста у подъезда ее дома в Ивантеевке и сильно избили резиновыми дубинками. С травмами головы и оскольчатым переломом пальца она потом провела в больнице 2,5 месяца.

Приговор двум президентам

Исполнить его Орлов поручил Садовникову и Зотову. Подельники предварительно изучили маршрут и распорядок дня жертв. Из-за тяжелой болезни президент МОНП передвигался на костылях, поэтому Петринский, житель Солнечногорска, постоянно подвозил шефа на служебной машине и провожал до квартиры в доме, где не было лифта. Услугами охраны, несмотря на многолетние угрозы от Орлова и даже одно нападение в начале 2000-х, Челышев принципиально не пользовался. Садовников дождался юристов на лестничном пролете второго этажа кирпичной пятиэтажки и убил их из пистолета ТТ, выпустив по одной пуле каждому в лоб. После чего скрылся практически незамеченным – с места преступления его вывез на белой ВАЗовской «пятерке» прикрывавший пути отступления Зотов. Петринский скончался на месте, Челышев умер по дороге в больницу.

Резонансное преступление повергло в шок нотариальное сообщество и расшевелило правоохранительные органы, которые до этого момента игнорировали многочисленные угрозы подмосковным юристам. Тем временем Орлов и подельники не собирались сбавлять обороты. Они крепко взялись за ивантеевского нотариуса Ирину Радаеву, занявшую место Ларина, и Станислава Смирнова – экс-зампреда Мособлсуда и начальника подмосковного управления юстиции до 1996 года. Именно он как вице-президент МОНП после гибели Челышева возглавил областную нотариальную палату.

Уже через несколько дней после похорон патрона Смирнов подал надзорную жалобу на решение Пушкинского горсуда председателю ВС РФ Вячеславу Лебедеву. Когда в ноябре 2008 года президиум ВС занял сторону МОНП и Ларин окончательно потерял право работать нотариусом, Радаева и Смирнов оказались на волоске от смерти. Киллеру Белобородову было поручено любыми способами обработать упрямую Радаеву – Орлов, не терявший надежды вернуть под контроль хлебное место в Ивантеевке, хотел, чтобы она добровольно сложила с себя полномочия. Сам хозяин «Короны» сосредоточился на новом президенте МОНП. Обоим юристам стали поступать многочисленные угрозы. Орлов на следующий день после решения президиума ВС РФ лично позвонил Смирнову и сообщил, что дни его сочтены. Точно так же Белобородов запугивал Радаеву.

Читайте так же:  Иск на ук по защите прав потребителей

Влиятельный Смирнов задействовал все рычаги – вплоть до Генпрокуратуры, и нотариусам выделили государственную охрану. Но звонки с угрозами продолжались. В марте 2009 года, когда Радаева ехала домой в сопровождении бойцов ОМОНа, рядом с машиной на обочине дороги раздался небольшой взрыв. К счастью, никого не задело. А в июне неизвестные подожгли лестничную площадку перед входной дверью в ее квартиру…

Приоритетный умирающий

В начале декабря 2010 года в международном аэропорту Шереметьево задержали Орлова, который пытался покинуть страну под предлогом, что едет лечиться в Испанию. Главарь банды действительно был болен к тому времени сахарным диабетом в тяжелой степени, на фоне которого развились осложнения. Его уголовное дело выделили в отдельное производство, поскольку в СИЗО «Матросская тишина» он практически все время проводил в тюремной больнице. Оттуда Орлов направил на волю письмо с просьбой «дать ему умереть, держа за руку жену». Послание было адресовано главам трех ведомств – СКР, Генпрокуратуры и Верховного суда РФ. Правозащитники не остались равнодушными к мольбам арестанта. Осенью 2011 года глава Общественной наблюдательной комиссии Москвы назвал Орлова в числе трех приоритетных умирающих больных, которых необходимо выпустить из-под стражи. Утверждалось, что Орлов к тому времени из-за обострившихся болезней лишился простаты и практически ослеп. Консилиум гражданских медиков подтвердил печальный диагноз.

К их мнению прислушались, и в середине декабря 2011 года Солнечногорский суд по ходатайству следователя СКР изменил нотариусу меру пресечения на домашний арест, запретив любые контакты, кроме защитников, родственников и врачей. Пациента на носилках доставили из СИЗО в Ивантеевскую горбольницу. А затем его следы потерялись. Бывшие сотрудники следственной группы из ГСУ СКР по Московской области, благодаря которым бандиты оказались за решеткой, утверждают, что Орлов практически сразу умудрился сбежать за границу и сейчас находится в розыске.

Буквально в тех же числах декабря, когда Орлов на носилках покидал «Матросскую тишину», киллер попытался убить президента МОНП Станислава Смирнова возле его дома в Балашихе. Главный нотариус Подмосковья только чудом не пострадал – экс-разведчик Софринской бригады Алексей Лагозин, сделав три выстрела из пистолета Макарова, поскользнулся, и личный водитель Смирнова успел вывести машину с шефом из зоны обстрела. В августе 2014 года Мособлсуд приговорил Лагозина к 13 годам и 11 месяцам колонии строгого режима. Заказчиков убийства установить не удалось. Преступник заявил, что заказ на нотариуса и оружие он получил накануне покушения в кафе «С пылу, с жару» в городе Железнодорожном от неизвестного мужчины, обещавшего заплатить за убийство $5000.

6 октября 2017 года судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ после нескольких лет слушаний, кассаций и апелляций оставила без изменения приговор Мособлсуда Садовникову, Зотову и Белобородову – 22, 17 и 12 лет лишения свободы со­ответственно.

***
В 2008 году решением правления Федеральной нотариальной палаты был учрежден День памяти нотариусов, пострадавших от преступлений и беззакония. Он отмечается ежегодно 8 августа – на 40-й день гибели президента МОНП Владимира Челышева и исполнительного директора палаты Олега Петринского.

ЧИТАЙТЕ В ГАЗЕТЕ «ДЕЛО №»

По решению Московского облсуда ранее неоднократно судимый Владимир Садовников проведет за решеткой 24 года. Его подельники Андрей Зотов и Эдуард Белобородов наказаны 19 и 14 годами лишения свободы. Отбывать наказания осужденные будут в исправительных колониях строгого и особого режима, сообщает официальный сайт СК РФ.

По версии следователей, банду, в которую входили осужденные, создал в июле 2006 года адвокат и нотариус Москвы Владимир Орлов в сговоре с рецидивистом Садовниковым, проживавшим в Мытищах. В отношении юриста уголовное дело выделено в отдельное производство.

«Основной целью банды являлось осуществление контроля за деятельностью нотариусов городов Пушкино и Ивантеевка Московской области с целью систематического незаконного получения значительной доли зарабатываемого ими нотариального тарифа за совершение нотариальных действий», — говорится в пресс-релизе.

Кроме того, преступники хотели склонять нотариусов к совершению заведомо незаконных операций, нарушающих порядок производства нотариальных действий, принуждать их к сложению с себя полномочий, чтобы продвигать на эти места своих ставленников и «незаконно обогащаться путем получения денежных средств от граждан».

Узнав об этом, президент областной нотариальной палаты Владимир Челышев и исполнительный директор палаты Олег Петринский добились через суды лишения нотариальных лицензий сначала трех протеже Владимира Орлова. Впоследствии иски о лишении нотариальных лицензий были поданы и в отношении всех подконтрольных Орлову нотариусов, пишет «Коммерсант» . В СК РФ считают, что это и стало причиной расправы над руководителями подмосковного нотариата.

3 июля 2008 года около 21:00 члены банды расстреляли президента Московской областной нотариальной палаты Владимира Челышева в подъезде дома N1 по улице Баранова в Солнечногорске, где он и проживал. Вместе с ним был убит и исполнительный директор этой организации Олег Петринский. Киллер добил жертв контрольными выстрелами в голову и скрылся. От полученных ранений потерпевшие скончались на месте происшествия.

Зотов был задержан в октябре 2008 года, Садовников и Белобородов — в ноябре 2009 года. Задержанным инкриминировали ч.1 и ч.2 ст.209 (бандитизм), п.»а, б, ж, з» ч.2 ст.105 (убийство), ч.3 ст.163 (вымогательство), ч.3 ст.222 (незаконные приобретение, передача, хранение, перевозка, ношение огнестрельного оружия, его основных частей и боеприпасов), п.»б, г» ч.2 ст.112 (умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью) и ч.2 ст.228 (незаконные приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств) УК РФ.

В ходе предварительного следствия все трое частично признали вину, но в суде в присутствии присяжных заявили, что невиновны.

Еще одним участником банды «крышевателей» нотариусов был Сергей Сараев. Он заключил досудебное соглашение о сотрудничестве и был ранее приговорен к 10 годам лишения свободы в колонии строгого режима.

Добавим, что главарь группировки Владимир Орлов поначалу был арестован судом, но после серии инсультов переведен под домашний арест в больницу, где находится до сих пор. Состояние обвиняемого, который в последнее время практически ослеп, является настолько тяжелым, что он вряд ли когда-нибудь предстанет перед судом.

Главного нотариуса Подмосковья «заказал» коллега

Завершено расследование одного из самых громких преступлений последних лет — убийства президента правления Московской областной нотариальной палаты Владимира Челышева и его заместителя Олега Петринского.

16:03, 19.04.2011 // Росбалт, Москва

Завершено расследование одного из самых громких преступлений последних лет — убийства президента правления Московской областной нотариальной палаты Владимира Челышева и его заместителя Олега Петринского.

Как сообщил «Росбалту» источник в правоохранительных органах, в окончательной редакции обвинения предъявлены Владимиру Орлову и четверым его предполагаемым сообщникам. Им инкриминируют статьи УК РФ 163 (вымогательство), 209 (бандитизм), 105 (убийство) и 222 (незаконное хранение оружия). Четверо фигурантов расследования уже начали знакомиться с материалами дела. Сложней ситуация с Владимиром Орловым. В момент предъявления ему обвинений он потерял сознание и был в тяжелом состоянии доставлен в лазарет СИЗО «Матросская тишина». Сейчас врачи запрещают общаться с ним как следователям, так и адвокатам. Защита Орлова настаивает, что в соответствии со ст. 110 УПК РФ ему необходимо изменить меру пресечения на более мягкую, поскольку у обвиняемого выявлены тяжелые заболевания, препятствующие его дальнейшему содержанию под стражей.

Управление здравоохранения столицы определяет медицинское заведение, которое могло бы установить, позволяют ли недуги бывшего нотариуса находиться в СИЗО. «Состояние Орлова крайне тяжелое, — сообщил «Росбалту» адвокат Владимир Кошелев. — У него гипертоническая болезнь с риском 4-й степени, полная слепота на левый глаз, правый тоже почти не видит, ишемическая болезнь сердца, гидроцефалия мозга, сахарный диабет в тяжелой форме. Несмотря на это, решение вопроса о его освобождении постоянно откладывается».

По данным следствия, еще в конце 1990-х годов столичный нотариус, глава ООО «Правовое бюро «Корона» Владимир Орлов фактически взял под свой контроль деятельность всех нотариусов, работающих в Пушкинском районе Подмосковья. Используя связи в Минюсте, он выбивал дополнительные квоты к установленному количеству нотариусов для этого района, а на появившиеся места продвигал своих кандидатов. Взамен получившие место нотариуса в этом районе должны были отдавать Орлову всю свою выручку, из которой он выплачивал фиксированную зарплату. С тех нотариусов, которые хотели выйти из-под его опеки, Орлов требовал $300 тыс. – он заявлял, что именно в такую сумму обходится назначение каждого нотариуса. Оперативники также выяснили, что по протекции Орлова нотариусами становились и люди, за которых ему заплатили преступные «авторитеты», в том числе из подмосковных Мытищ. Помимо финансовых отчислений, нотариусов заставляли оформлять сомнительные договоры купли-продажи недвижимости, завещания и т.д.

В 2001 году нотариус Пушкинского района Галина Смирнова, посчитав, что уже достаточно отработала на Орлова, отказалась делиться с ним выручкой. В ответ он стал вымогать у нее крупную сумму денег, на женщину было совершено нападение, ее избили. Нотариус пожаловалась президенту правления Московской областной нотариальной палаты (МоНП) Владимиру Челышеву, который поручил исполнительному директору МоНП Олегу Петринскому провести проверку работы всех нотариусов в Пушкинском районе. По ее результатам МоНП обратилась в суды с требованием за многочисленные нарушения лишить лицензий трех нотариусов, находившихся под контролем Орлова.

Начался затяжной конфликт, особенно Орлову не нравилось отстранение от работы нотариуса из Ивантеевки Ларина. Глава ООО «Правовое бюро «Корона» заявлял, что за назначение Лаврова заплатили «авторитеты» из Мытищ, и он уже имел неприятный разговор с «ворами в законе». Вплоть до 2008 года Челышеву и Петринскому постоянно угрожали, они подавали соответствующие заявления в правоохранительные органы.

В 2006 году в Пушкинском районе открыла свой офис нотариус Кутейникова. За право работать на новом этом месте у нее стали вымогать 300 тыс. евро. На защиту женщины встал Челышев, пушкинских нотариусов опять начали проверять.

Читайте так же:  Приказ мвд рф 560 от 15.07.2005 инвентаризация

Пика конфликт достиг летом 2008 года. Тогда Ларину удалось добиться судебного решения о возврате ему лицензии, а Челышев оспорил документ у председателя Верховного суда. Чуть позже он вместе с Петринским был убит.

Третьего июля 2008 года в 21:15 мск Владимир Челышев вместе с Олегом Петринским подъехали к дому №1 по улице Баранова в Солнечногорске.

Мужчины вошли в четвертый подъезд, в котором жил Челышев, и стали подниматься по лестнице. Между первым и вторым этажами их поджидал преступник, открывший огонь из пистолета. От полученных ранений Петринский скончался на месте, а Челышев — по пути в больницу.На месте происшествия были обнаружены три гильзы калибра 7,62 мм.

В ноябре 2009 года в Подмосковье были задержаны двое предполагаемых исполнителей убийства, в том числе ранее судимый Владимир Садовников. Орлов долгое время фигурировал в деле в качестве свидетеля. Задержали его в июне 2010 года в аэропорту «Шереметьево-2», когда нотариус собирался вылететь для лечения в Израиль.

Господин оформитель

Вымогательства, финансовые и должностные нарушения, публичные угрозы и убийства нотариусов.

Нотариат в России — не какая-то особо криминальная сфера. Он криминален не более чем банки или адвокатура, строительный бизнес или милиция, не более чем все сегодняшнее российское общество. Где деньги, туда стремится и преступность. Но.

Нотариат в России — не какая-то особо криминальная сфера. Он криминален не более чем банки или адвокатура, строительный бизнес или милиция, не более чем все сегодняшнее российское общество. Где деньги, туда стремится и преступность. Но если криминалу не противостоят ни милиция, ни прокуратура, ни следственный комитет, он пожирает всю соответствующую нишу, как саркома. Немногие нотариусы (строители, банкиры), которые пытаются очистить собственные ряды от наиболее явного криминалитета, понимая, что иначе в государстве никаким видом доходной деятельности заниматься долго нельзя, попадают под огонь не только в переносном, но и в самом прямом смысле.

Пять трупов

Вечером 3 июля 2008 года в Солнечногорске на лестнице были расстреляны президент Московской областной нотариальной палаты Владимир Челышев и ее исполнительный директор Олег Петринский. Через год дело приостановлено за невозможностью установить обвиняемых. Между тем это не первое и даже не второе убийство, связанное с проблемами нотариата. Возможно, и не последнее. Московский нотариус Владимир Орлов, который при свидетелях угрожал убитым незадолго до убийства, продолжает звонить и новому президенту областной палаты Станиславу Смирнову, и нескольким подмосковным коллегам, чтобы сообщить, что их тоже может постигнуть такая же участь.

Президент Федеральной нотариальной палаты Анатолий Тихенко был убит у подъезда своего дома в Москве 28 февраля 2001 года. Он был одним из авторов и лоббистов Основ законодательства РФ о нотариате от 11 февраля 1993 года. В те годы, когда все приватизировали кто что сумеет, несколько работников Минюста догадались приватизировать нотариальный тариф: отныне он стал выручкой нотариусов, из которой те из них, кто перешел на частную практику, покрывают расходы по содержанию контор и аппарата. Скучные и бедные государственные нотариусы вскоре стали, притом легально, богатыми, во всяком случае, на фоне других юристов, людьми. Они, как и было обещано, предотвратили коллапс, который ожидал госконторы в связи с лавинообразным ростом числа сделок, но оборотной стороной разбогатевшего нотариата стала изрядная его криминализация.

Тихенко, талантливый и яркий организатор (я был с ним знаком), понимал как неизбежность криминализации, так и необходимость противостоять ей. Организуя проверки, он ставил вопрос о лишении полномочий тех нотариусов, которые явно нарушали закон. Незадолго до своей смерти Тихенко публично говорил об угрозах, которые передают ему противники таких чисток. Среди прочих он упоминал в этом контексте и нотариуса Орлова. После убийства Тихенко (оно не раскрыто) мы пытались проводить собственное журналистское расследование. В его рамках мы заверили один и тот же документ в двух нотариальных конторах в разных концах Москвы у нотариуса Владимира Орлова. Это значит, что существовал как минимум один дубликат печати, что вместо Орлова, если он не умеет раздваиваться, в одной из контор (а скорее, в обеих, так как на тот момент таких контор нам было известно три) печати ставил не имеющий лицензии двойник. Копии были недействительны, и, если бы речь шла о реальной сделке, она могла бы быть признана ничтожной со всеми вытекающими последствиями вплоть до стрельбы.

Через десять дней после убийства Тихенко, 11 марта 2001 года, в своей квартире в Москве был найден задушенным полотенцем со следами пыток Юрий Власов, начальник управления Минюста по Московской области, рядом был задушен его личный водитель. Убийство не раскрыто. Из дальнейшего будет ясно, что нотариус Владимир Орлов был знаком с Власовым достаточно тесно.

Возможно, следствию в 2001 году, действительно, было сложно установить лиц, причастных к убийствам Тихенко и Власова или доказать их вину. Но Московской городской нотариальной палате было совсем не сложно проверить опубликованные в газете сведения о двойниках Орлова и еще в то время лишить его лицензии. Во всяком случае, это снизило бы уровень криминализации нотариата, и, кто знает, в таком случае последующих убийств могло бы и не быть.

Конечно, мы не обвиняем Владимира Орлова прямо в убийствах. Журналистское расследование — не приговор и не обвинительное заключение. Мы не формулируем юридических выводов о виновности, мы можем только задавать вопросы. Фамилия Орлова мелькает в криминальных материалах, связанных с нотариатом, так часто, что это превышает вероятность простого совпадения. Следствию хорошо известны все факты, за которыми мы тоже съездили в подмосковные Пушкино и Ивантеевку.

Нотариальная печать денег

Владимир Николаевич Орлов, начинавший юридическую карьеру как адвокат, обслуживавший в том числе какие-то операции с недвижимостью в Подмосковье, в начале 90-х годов сумел взять частный нотариат в Пушкине под крышу в прямом и переносном смысле. По своим связям в Управлении Минюста по Московской области (его как раз возглавлял Власов) Орлов добился выделения нескольких дополнительных нотариальных единиц и получения лицензий на право заниматься нотариальной деятельностью для рекомендованных им лиц. Некоторые из них не имели не только практики такой работы, но и высшего юридического образования. В разные годы (середина 90-х — начало 2000-х) в «Юридическом бюро «Орлов и партнеры» (ООО «Коммерческо-правовое бюро «Корона») на въезде в Пушкино, а также в отдельно расположенных конторах сидели от 6 до 8 нотариусов, которые всю свою выручку сдавали Орлову, а он обеспечивал их несложными орудиями труда, платил налоги в казну и выплачивал зарплату по 6 тысяч рублей в месяц.

Эта информация доступна, например, из жалоб нотариуса Галины Смирновой и объяснений по ее уголовному делу. В начале 90-х Смирнова работала на фабрике юрисконсультом, адвокат Орлов консультировался с ней по законодательству о налогах. В 1998 году он добился лицензии и выделения дополнительной единицы в нотариальном округе Пушкино для Смирновой, но в июле 2001-го, посчитав, что она уже сполна расплатилась, Смирнова заявила, что заведет собственную контору. Орлов, с ее слов, потребовал 50 тысяч долларов — столько он якобы заплатил в Управлении юстиции, затем сумма возросла до 300 000 долларов.

Смирновой пришлось сменить четыре помещения для нотариальной конторы: арендодатели требовали расторжения договоров. У нее много раз били и крали вывески, в 2002 году был сожжен автомобиль. Против Смирновой возбуждалось (по инициативе Орлова) уголовное дело о подделке дубликата трудовой книжки, оно с многочисленными прекращениями и отменами тянулось 4 года, а кончилось оправдательным приговором в суде. Тем временем сам Орлов и какие-то еще люди по телефону грозили ей убийством, о чем она написала заявление президенту областной палаты Челышеву. При одной из встреч в палате с целью мирно решить вопрос Смирнова стала свидетельницей угроз Челышеву и Петринскому со стороны Орлова. Наконец, в феврале 2008 года (это пик войны Орлова с палатой по поводу нотариуса Ларина — см. ниже) Смирнова была избита в Пушкине двумя неизвестными с применением дубинки и электрошокера, дело по существу не расследовалось и приостановлено «за нерозыском» как «бытовое».

Не менее интересен рассказ жителя Ивантеевки Евгения Сафонова о периоде его работы «нотариусом» на Орлова. Сафонов получил лицензию нотариуса, обладая только средним юридическим образованием, о чем, с его слов, он предупреждал Власова, когда вместе с Орловым они ездили к нему в Управление юстиции. Власов взял с Орлова слово послать его доучиться, но Орлов не только не дал Сафонову такой возможности, но стал принуждать его к регистрации заведомо криминальных сделок, в том числе завещаний задним числом. Понимая, чем это ему грозит (как раз за регистрацию такого завещания была осуждена нотариус Соколова, которая тоже работала в Пушкине, хотя связь ее с Орловым для нас не очевидна), Сафонов поссорился с Орловым, написал заявление в палату, приложив к нему левый (незарегистрированный) реестр. С тех пор он не может найти себе работу в Пушкине. А у него есть опыт — именно он (хотя, вероятно, не один) до получения лицензии работал «двойником» и ставил липовую печать, регистрируя сделки от имени Орлова в трех или четырех конторах в районе Ярославского шоссе в Москве (официальный офис Орлова находится в районе Смоленской площади).

Финансовая сторона предприятия «Орлов и партнеры» в Пушкине — Ивантеевке (не считая незаконных московских офисов) представляется следующим образом. Самая «белая» часть потока — это пошлина за регистрацию рядовых и некрупных сделок, которую хозяин собирал с 6 — 8 нотариусов, выжимая лишь классическую прибавочную стоимость из их рутинного труда. Но какая-то часть самых крупных сделок с целью скрыть пошлину по ним от налогов регистрировалась, вероятно, не в общих, а в специальных левых реестрах — об этом можно судить по тому, что в Пушкине так или иначе исчезло (украдены, сгорели) невероятное количество реестров. По-видимому (так говорит Сафонов), самые доверенные нотариусы оформляли также и заведомо криминальные сделки (с недвижимостью в том числе), что, разумеется, стоило гораздо дороже, но и тянуло уже совсем на другие статьи УК.

Читайте так же:  Приказ 555 от 2008

Нотариус по особым поручениям

В августе 2004 года президент областной палаты Челышев назначил проверку работы нотариусов Пушкинского района. К тому времени было очевидно, что там что-то неладно, но проверка была плановой и проводилась в обычном порядке. 1 сентября 2004 года проверяющий попросил у нотариуса Ивантеевки Игоря Ларина реестры, где по закону отражаются все нотариальные действия. Ларин заявил в ответ, что как раз накануне большая часть реестров (51 штука с 2000 по 2004 год) были у него украдены вместе с другими документами, а также кожаной курткой и еще каким-то барахлом (ранее он об этом никого в известность не ставил).

Дело о краже было прекращено «за невозможностью установить…», о чем Ларин представил справку. Палата обязала его восстановить утраченный архив, что важно в первую очередь для клиентов: в архиве нотариуса хранятся документы, без которых зачастую нельзя доказать права на собственность и другие права. Это указание Ларин в срок не выполнил, была назначена новая проверка, она выявила и другие нарушения. Вместе с объявлением второго выговора был назначен и новый срок восстановления архива — до 1 июля 2005 года. Когда срок стал приближаться, областную палату дважды, 8 и 10 июня, посетил московский нотариус Орлов, при этом он не только хлопотал за пушкинского коллегу, но угрожал Петринскому и Челышеву расправой. Свидетели помнят слова: «С тобой разберутся скоро и очень серьезно», «С тобой поступят, как с Тихенко». Заявление об угрозах было подано в правоохранительные органы, но убийства в 2008 году оно не предотвратило.

В конце 2005 года Челышев от лица палаты обратился в суд г. Пушкино с иском о лишении Ларина полномочий нотариуса. 5 июля 2006 года суд удовлетворил иск, Ларин (для которого Орлов, как и для Смирновой, добился лицензии и выделения дополнительной единицы в Ивантеевке в 1999 году) лишен полномочий. Между этими двумя событиями в Пушкине сгорела контора «Орлов и партнеры», при этом множество документов пропало. Московский областной суд оставил решение в силе, но в апреле 2007 года оно было незаконно (как подтвердит его дальнейший ход) отменено в коллегии по гражданским делам Верховного суда РФ.

Долгое, несообразно своей очевидности, и странное судебное дело Ларина завершилось в пользу нотариальной палаты. Но уже после того, как 3 июля 2008 года были убиты Челышев и Петринский, а новый президент палаты Смирнов, которому Орлов тут же начал звонить с угрозами, нашел в себе мужество подать жалобу на решение Верховного суда лично его председателю В.М. Лебедеву. Оценивая эту тяжбу, надо понимать, что судья за строчками дела всегда умеет прочесть больше того, что там написано. Ни для кого тут не секрет абсурдность версии Ларина о краже реестров: 51 реестр (это не менее 10 кг) может быть украден с единственной целью их спрятать или уничтожить, и цель эту можно предположить только у самого нотариуса и ни у кого больше.

Какие именно сделки были отражены в пропавших реестрах Ларина за 5 лет, это могло бы восстановить только кропотливое следствие, да и то вряд ли до конца. Но в том, что среди них были сделки криминальные, сомневаться трудно. По этой-то, видимо, причине московский нотариус Орлов и защищает пушкинского коллегу с уголовным отчаянием, часто также доходящим до абсурда.

Следователи и «воры»

Забыв об осторожности, прекрасно понимая, что на том конце провода уже включен диктофон, Орлов в 2007—2009 годах много раз угрожал по телефону убийством не только президенту палаты Смирнову, но и нотариусу Смирновой из Пушкина, и нотариусу Радаевой, которая тут вообще ни при чем: после отстранения Ларина она выиграла конкурс и заняла его место в Ивантеевке. В январе 2008-го Орлов пришел в новый офис к нотариусу Кутейниковой и потребовал у нее 300 000 евро только на том основании, что она переехала в Пушкино из соседнего города и арендовала тот офис, где, по мнению Орлова, должны работать другие нотариусы. С тем же к Кутейниковой приходили двое неизвестных мужчин, одного из них она опознала, дело о вымогательстве было возбуждено, но пропало из УВД г. Пушкино.

В дополнение к делу об убийстве (Челышева и Петринского) по жалобам всех названных лиц в 2008 году были возбуждены еще и дела об угрозах им убийством. Эти дела были истребованы Управлением следственного комитета по Московской области (следователь по особо важным делам Банников А.А.). Поскольку угрозы выглядели реально, к Смирновой (и в самом деле, избитой в январе), Радаевой и к Смирнову специальным постановлением была приставлена охрана из ОМОНа. Пожить полгода с такой охраной — мало удовольствия, а между тем конкретные следственные действия в это время и не проводились. Никто из потерпевших не был допрошен, не изымались и не направлялись на экспертизу те записи звонков Орлова (он же представляется), которые хранятся на их диктофонах.

Спустя ровно год после убийства Челышева и Петринского следствие по этому делу приостановлено, а дела об угрозах убийством переданы в УВД г. Пушкино, где их имеют обыкновение терять. Те сведения, в частности о нотариусе Ларине и его деятельности, которые мы сейчас публикуем в газете, следователю, может быть, и вовсе неизвестны, хотя найти их нетрудно, и они могут иметь непосредственное отношение к убийствам многих лиц.

Угощая меня чаем в Ивантеевке, нотариус Радаева, только что освободившаяся в связи с приостановкой дела от опеки ОМОНа, молодая и по виду вполне домашняя женщина, прокрутила мне запись звонка Орлова. Собственно, ни на этой записи и ни на какой другой он не говорит: «Я тебя убью», но: «Я предупреждаю, что с тобой расправятся». Далее следуют ссылки на каких-то мытищинских воров, на одной из записей Орлов говорит, что брат нотариуса Ларина — якобы вор в законе. На записи Радаевой вдруг раздается смех: это хохочет приставленный к ней ОМОН, когда она переключила телефон на громкую связь. Для ОМОНа это, возможно, и нормальная, здоровая реакция. Но ей-то не до смеха. Вряд ли «розыгрыши» Орлова покажутся смешными и родственникам убитых нотариусов, начиная еще с Тихенко.

Разумеется, те, кто убивает, так много и под запись об этом не говорят. Орлов выглядит скорее злым прорицателем из дурного сна, чем убийцей. Но в том, что он делает, достаточно и других, самостоятельных составов преступлений, с которыми убийства могут быть связаны. И он определенно может о них что-то рассказать. Но он даже не задерживался для допроса как подозреваемый, хотя в его конторе, по нашим сведениям, производился обыск.

Возможно, что адвокат, нотариус и кандидат юридических наук Орлов, до 2001 года даже преподававший в Московской государственной юридической академии, в самом деле, не хозяин этой пушкинской нотариальной делянки, а шестерка, за которой стоят какие-то более серьезные и решительные «воры». В таком случае «воры» контролируют не только Орлова из Ивантеевки, но также и прокуратуру, следственное управление и ГУВД Московской области. Невыполнение ими вполне очевидных и безотлагательных следственных действий по делам об убийствах не менее странно, чем граничащие с безумием поступки криминального нотариуса.

Осуждены организаторы убийства руководителей подмосковной нотариальной палаты

Мособлсуд приговорил к срокам от 12 до 22 лет заключения организаторов убийства руководителей Московской областной нотариальной палаты, совершенного в 2008 году, передает корреспондент «Ленты.ру».

Из приговора, оглашенного в среду, 15 марта, следует, что Владимир Садовников получил 22 года, Андрей Зотов — 17 лет в колонии строгого режима, Эдуард Белобородов — непосредственный исполнитель убийства — 12 лет в колонии особого режима.

Также суд обязал Садовникова и Зотова выплатить нотариальной палате 217 тысяч рублей в качестве возмещения расходов на похороны.

Материалы по теме

Заверяй, но проверяй

По версии следствия, в 2005 году московский нотариус Владимир Орлов создал банду, терроризировавшую нотариусов в подмосковных городах Пушкино и Ивантеевка. К этому занятию он привлек судимых Садовникова, Белобородова, Зотова и Владимира Сараева. Бандиты вымогали у нотариусов часть прибыли, а также принуждали их к совершению незаконных нотариальных действий. Кроме того, участники группировки заставляли несговорчивых нотариусов увольняться и устраивали на их место своих людей.

О деятельности банды узнал глава подмосковной нотариальной палаты Владимир Челышев и вместе с исполнительным директором организации Олегом Петринским начал противодействовать банде, обращаясь в правоохранительные органы и суды. В результате Челышев и Петринский были расстреляны в подъезде жилого дома в Солнечногорске 3 июля 2008 года.

Орлов скрылся от следствия и сейчас находится в международном розыске. Сараев заключил сделку со следствием и был осужден в 2011 году к 10 годам заключения.

Следствие также установило причастность участников банды к покушению на действующего президента Московской областной нотариальной палаты Сергея Смирнова. В 2013 году исполнитель преступления, бывший боец разведки внутренних войск Алексей Лагозин, получил 14 лет заключения.