Налог тобина что это

Налог Тобина (Tobin tax)

Налог Тобина (Tobin tax) — налог на банковские транзакции, связанные с покупкой (продажей) иностранной валюты.

Термин «Налог Тобина» на английском языке — Tobin tax.

Нормативное регулирование

Федеральный закон от 21.07.1997 N 120-ФЗ «О налоге на покупку иностранных денежных знаков и платежных документов, выраженных в иностранной валюте» (действовал в период с июля 1997 года по 1 января 2003 года).

Комментарий эксперта

Сейчас в России этот налог не применяется.

Налог Тобина (Tobin tax) был предложен экономистом, нобелевским лауреатом Джеймсом Тобином (James Tobin). Налог Тобина должен уплачиваться с операций по покупке (продаже) иностранной валюты. Основная цель налога, снизить количество спекулятивных вложений в иностранную валюту (чтобы обеспечить стабильность местной валюты).

Тобин объявил свою идею в 1972 году в лекциях в Принстонском университете (Janeway Lectures at Princeton), вскоре после того, как США отказалось от обмена долларов США на золото в 1971 году. До 1971 года действовало соглашение Bretton Woods system of monetary management, по которому доллар США и валюта ряда других стран соглашения могла обмениваться на золото. Валюте этих государств соответствовало определенное количество золота и курс валюты определялся исходя из цен на золото. 15 августа 1971 года президент США Ричард Никсон (Richard Nixon) отменил обмен доллара США на золото.

Свою идею Тобин еще раз сформулировал в 2001 году, сразу после кризиса 90-х, который включал кризисы в Мексике (1994 г.), Азии (1997 г.), России (1998 г.): налог на операции с иностранной валютой стабилизирует курс национальной валюты и уменьшает объем спекулятивных валютных операций. Так, если на операцию по покупке иностранной валюты установлен налог 0,5% от сделки, то это остановит многих от краткосрочных вложений в иностранную валюту. Массовые вложения местной валюты в иностранную опасно тем, что это приводит к резкому повышению ставок процентов по кредитам в местной валюте, что, как показали кризисы, действует разрушающе на финансовую систему страны. Тобин предложил ставку налога в 0,5% от суммы покупки иностранной валюты.

Тобин считает себя последователем Кейнса (John Maynard Keynes) и, по его признанию, развивал его идеи. Так Кейнс в главе 12 «General Theory on Employment Interest and Money» (1936 г.) предлагал ввести налог на операции с инвестиционными активами, с целью побудить инвесторов на долгосрочные вложения.

Известный финансист Джордж Сорос (George Soros) отметил про налог Тобина, что вероятно этот налог и сократит количество спекулятивных операций, но он также снизит ликвидность рынка, что негативно повлияет на финансовый рынок (2001 год).

В января 1984 года Швеция ввела налог по ставке 0,5% на покупку и продажу ценных бумаг. В июле 1986 года ставка была удвоена.

Экономисты считают этот эксперимент неудачным. На информацию о введении налога рынок отреагировал падением котировок ценных бумаг. Налоговые поступления оказались существенно ниже, чем ожидалось. Кроме того, в результате введения налога сократился объем сделок на рынке ценных бумаг, что привело к снижению налога на прибыль от операций с ценными бумагами.

Историческая справка

Сейчас в России этот налог не применяется.

В период с июля 1997 года по 1 января 2003 года в России действовал налог, с характеристиками налога Тобина — налог на покупку иностранных денежных знаков и платежных документов, выраженных в иностранной валюте. Этот налог был введен Федеральным законом от 21.07.1997 N 120-ФЗ «О налоге на покупку иностранных денежных знаков и платежных документов, выраженных в иностранной валюте». Ставка налога устанавливалась в размере 0,5% от суммы покупаемой иностранной валюты.

С 1 января 2003 года этот налог был отменен Федеральным законом от 31.12.2002 N 193-ФЗ.

Налог Тобина как мера антикризисного управления

Главная > Реферат >Финансы

Налог Тобина как мера антикризисного управления.

В 1972 году лауреат Нобелевской премии по экономике Джеймс Тобин высказал идею о введении налога на валютные операции, который позволял бы сохранить определенный уровень национальной автономии и сгладить избыточные колебания валютного курса. Внешняя схема довольно проста: для более справедливого распределения рисков налогом облагаются кратковременные денежные потоки, что помогает в борьбе со спекуляцией и позволяет получить дополнительный доход. Налоговая ставка размером 0,1%-0,25% — сумма, которой можно пренебречь, если речь идет об однократной финансовой транзакции, однако еженедельные переводы создают финансовый «буфер», который дает возможность центробанку маневрировать своими процентными ставками. Спекулятивные операции удерживают процентные ставки на денежном рынке на одном уровне во всех странах, не позволяя центробанкам «подгонять» денежную политику под особенности национальной экономики. Однако если с подобных операций постоянно взимать налог, процентные ставки в Нью-Йорке, Токио и какой-нибудь третьей стране будут отличаться. Налог на финансовые транзакции делает нецелесообразными спекулятивные операции, которые дают прибыль меньше процентной ставки данного налога, а так же операции более длительных сроков, предназначенные для извлечения выгоды из незначительной разницы показателей различных рынков.

В 1980г в Швеции, известной своими финансовыми инновациями, был впервые введен налог на трансакции с акциями и облигациями. Теоретическая модель оказалась не так проста в применении: ожидаемый сбор вместо 150 млрд крон в год был в двое меньше из-за резкого падения товарооборота и фондового рынка. А после повышения налоговой ставки до 2% в 1986 г, многие инвесторы и вовсе решили отказаться от Шведского рынка, после чего налог был отменен.

Россия так же имеет свой негативный опыт применения закона Тобина на практике. В июле 1997 года вступил в силу Федеральный закон «О налоге на покупку иностранных денежных знаков и платежных документов, выраженных в иностранной валюте». Учреждение нового налога вывело внутренний валютный рынок из состояния равновесия: расходы на администрирование были несопоставимы с незначительными поступлениями как в консолидированный, так и в федеральный бюджет. Через год первоначальная процентная ставка в 0,5% поднялась до 1%. Недобор, как и в случае со Швецией, составил практически половину ожидаемой суммы. Налоги, взимаемые с населения, присваивались обменными пунктами, происходило увеличение масштабов теневого сегмента рынка. 1 января 2003 года налог был отменен. Не так давно была сделана вторая попытка: в письме руководителя налоговой службы М.П.Мокрецова от 23.03.09 «О мерах налогового администрирования» предлагалось ввести налог Тобина с процентной ставкой в 0,5%. Дополнительный доход в 400 млрд рублей, полученный от налога, планировалось направить в Пенсионный фонд РФ и отказаться от повышения единого социального налога(ЕСН). В.В.Путин заявил, что Россия не будет возвращаться к методам контроля капитала, от которых она отказалась еще в три года назад. С 1 января 2011 года ставка ЕСН, который работодатель платит с «зарплатного» фонда, повысилась с 26 до 34%.

Введение налога Тобина на территории одной страны, как показывает практика, не приносит желаемого результата. Возможно, денежные средства, потраченные на администрирование налога, будут соизмеримы с поступлениями от него, но эффект от налога может привести к подорожанию банковских услуг и увеличению теневого сектора экономики. Таким образом, необходимым условием эффективности налога на операции с иностранной валютой является его введение на территории всех стран. В ином случае государства, не присоединившиеся к данной системе, окажутся в положении оффшора, и финансовые потоки просто пойдут через них. Так же есть риск того, что товарные сделки будут совершаться с использованием самых распространенных валют, например, американского доллара.

В 2010 г шестьдесят стран, в том числе Япония, Германия и Франция, поддержали идею введения налога на международные валютные операции. Полученные средства планируется использовать для оказания помощи развивающимся странам. Идея о том, что финансовые спекулянты оплатят помощь развивающимся странам, оказалась довольно привлекательной. Многие финансовые аналитики высказывались в пользу введения налога на территории Евросоюза или на более глобальном уровне. Ежегодный ожидаемый доход от налога на финансовые транзакции по оценкам МВФ может составить 25 млдр $, которые пойдут на социальное и экономическое развитие, а так же борьбу с изменением климата. Однако функционирование подобного налога может быть организовано только при содействии мировых финансовых институтов, а такие страны как, например, Китай и США выступают против. Другим спорным вопросом является распределение полученных средств, т.к. пока не существует единого мнения на вопрос о том, кто будет получать и как именно распоряжаться полученным доходом. Сам же Джеймс Тобин предполагал, что налог на валютные операции должно собирать правительство каждой из стран, и оно же должно самостоятельно решать, как поступать с вырученными средствами.

С теоретической точки зрения, налог Тобина является хорошим способом дополнительного финансирования для стабилизации мировой финансовой системы. Однако, его практическое применение сопряжено с выполнением множества условий. Решение о его введении должно приниматься единогласно, поэтому весьма вероятно, что закон Тобина так и останется лишь любопытством экономической теории.

Этот же налог называется налогом на финансовые сделки (FTT).

В 1970-х годах экономист Джеймс Тобин предложил ввести налогообложение на операции с иностранными валютами. Ученый посчитал, что даже небольшая ставка налога — в размере 0,1-0,25% — подействует «отрезвляюще» на финансовые рынки и ограничит валютные спекуляции.

В настоящее время налог Тобина трактуют более широко — как систему налогов, которые должны уменьшить не только валютные спекуляции на финансовом рынке, но также и подобную торговлю ценными бумагами и, вообще, все сделки с высокими рисками, которые связаны с финансовым рынком. Практика применения налога в Швеции в 80-е годы, к примеру, показала, что инвесторы стали уходить от заключения сделок с валютой и ценными бумагами в этой стране, а переместились в один из мировых финансовых центров мира — столицу Великобритании — Лондон.

Также стало понятно, что налог с такой низкой ставкой способен уменьшить лишь сделки с не очень высоким риском и, соответственно, ожидаемым доходом, а операции на финансовом рынке, которые сопряжены с действительно высоким риском и сулят инвесторам большие доходы, будут все равно существовать. Это связано с тем, что уровень доходности по таким операциям превосходит то, что готовы взимать государства при введении налога Тобина.

Читайте так же:  Банкротство юридических лиц с 1 июля 2019 года закон

Несмотря на протест американского банковского сообщества, которое намерено свернуть часть деятельности в Европе, в 11 странах Старого Света ожидается введение «налога Тобина» согласно решению Европейской комиссии от 14 февраля 2013 года. Сами ставки налога составляют 0,1% на доходы с торговли акциями и облигациями и 0,01% на операции с производными ценными бумагами.

Словарь бизнес-терминов. Академик.ру . 2001 .

Смотреть что такое «Налог Тобина» в других словарях:

Тобина налог — Предложенный еще в 1972 г. Американским экономистом, нобелевским лауреатом джеймсом тобином налог на обороты трансграничных валютных операций или, как часто его называют – налог на финансовые трансакции. Ученый считал, что это поможет обуздать… … Справочник технического переводчика

Налог Робин Гуда — «Налог Робинa Гуда» налог на транзакции банков. Идея налога на банковские транзакции была предложена в 70 х годах XX века американским экономистом Джеймсом Тобином. Ввести такой налог предложил в конце 2009 года бывший британский премьер… … Википедия

Тобин, Джеймс — В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Тобин. Джеймс Тобин James Tobin Дата рождения: 5 марта 1918(1918 03 05) Место рождения: Шампейн (Иллинойс) … Википедия

Джеймс Тобин — (англ. James Tobin; 5 марта 1918, Шампань, Иллинойс 11 марта 2002, Нью Хейвен, Коннектикут) американский экономист. Содержание 1 Биографи … Википедия

Вальдфиртлер — Регион Waldviertel Символ W Обменный курс 1EUR = 1W Налог Гезеля 2 % … Википедия

Антиглобализм — транснациональное социальное протестное движение. Идейным родоначальником принято считать американского экономиста Лауреата Нобелевской премии Джеймса Тобина, предложившего взимать хотя бы символический налог на финансовые спекуляции и направлять … Геоэкономический словарь-справочник

Саммит G-20 в Каннах (2011) — Место проведения саммита в Каннах. Саммит … Википедия

Антиглобалисты. История движения и хроника борьбы — Движение антиглобалистов превратилось за последние годы в одну из самых мощных сил, действующих на мировой арене. Предшественником движения считают мексиканскую организацию Сапатистская армия, которая выступала против договора о свободной… … Энциклопедия ньюсмейкеров

АНТИГЛОБАЛИСТСКОЕ ДВИЖЕНИЕ — общее название общественных организаций, движений и инициативных групп, которые ведут борьбу с социальными, экономическими, политическими и экологическими последствиями глобализации в ее современной форме. Хотя участники антиглобалистских… … Юридическая энциклопедия

Тарксон, Питер Кодво Аппиах — Кардинал Питер Кодво Аппиах Тарксон Cardinal Peter Kodwo Appiah Turkson Кардинал священник с титулом церкви S. Liborio … Википедия

Налог Тобина — налог на безналичные конверсионные операции, на конвертацию валют, на покупку и передачу в долг (кредит) национальных безналичных фиат-мани.

В 80-е годы прошлого века налог вводился в королевстве Швеция. [1]

В 2002 году Бельгия попыталась (безуспешно) ввести налог Тобина, чтобы остановить международные финасовые спекуляции, финансовый терроризм. Бельгия превратила требование введения налога Тобина в главное условие своего полугодового председательства в ЕС. [2]

«Английский лоялист, глава бразильского центрального банка Энрике Мейерелес в своем выступлении в Лондоне 28 сентября /2010/ предупредил, что „некоторые страны“ занялись девальвацией для повышения конкурентоспособности, и что Бразилия рассматривает вопрос повышения в два раза налога на ввозимый капитал — с 2 до 4 процентов, чтобы остановить безудержный рост риала». [3]

James Tobin
(Джеймс То́бин, 1918—2002) — советник по экономике убитого президента Кеннеди.

«For his analysis of financial markets and their relations to expenditure decisions, employment, production and prices»

…на последней встрече министров финансов стран G20 в Шотландии /2009/ по предложению министра финансов Великобритании поговорили о т. н. «налоге Тобина», то есть оборотном налоге на все финансовые транзакции. Этот налог — ужас всей либеральной финансовой «тусовки»: он закрывает саму возможность беспрепятственного движения капитала по всему миру и, в общем, ставит под угрозу само могущество современного финансового лобби. Разумеется, это предложение было с гневом отвергнуто «финансовой общественностью», но уже через пару недель всплыло в МВФ, а это значит, что до самого верхнего руководства современной финансово-экономической системы дошло, что традиционными методами сделать ничего не получится.

Что же получается? Что руководители (да и — чего уж там, все уже всё понимают — бенефициары, то есть выгодоприобретатели) современной мировой финансово-экономической системы начали всерьез рассматривать меры, которые ставят под угрозу само свое существование. [4]

Второе мероприятие [5] по «отвязыванию» от всемирной зоны «свободной торговли» — это разделение финансовых рынков. Приток заграничных денег, которого жаждут многие структуры, как показал опыт, не принес российскому финансовому рынку ничего, кроме разочарования. Дело в том, что львиная доля этих денег суть чисто спекулятивные (или «горячие») деньги, которые еще никого не сделали счастливыми. Поскольку таких денег в мире (особенно у огромных американских фондов [6] ) очень много сравнительно с емкостью нашего рынка, приток даже относительно незначительной суммы способен взметнуть наш рынок
вверх — а затем, когда деньги уйдут, естественно, обрушить его вниз. Так и случилось в 1996/98 годах: сначала котировки российских акций выросли почти в 10 раз, а потом упали почти в 20, Такая же история случилась и с нашими ГКО —
замечу, кстати, что сами финансовые ТНК вроде Голдман-Сакс успели благополучно соскочить [7] в последний момент благодаря удивительно вовремя выделенным кредитам МВФ и не менее своевременной программе реструктуризации внутреннего долга.

Способ обуздания беспрепятственно летающих по всему миру «горячих» денег придумал американский экономист, лауреат Нобелевской премии Джеймс Тобин: он так и называется — «налог Тобина», причем налог двухступенчатый.

На первой ступени имеем налог в 1 % на все конверсионные операции с валютой — что особенно важно, и наличные, и безналичные. То есть любая валютообменная операция (рубль-доллар, доллар-рубль, рубль-тугрик и т. д.) — и в обменных пунктах, и на бирже, и на межбанковском рынке— облагается однопроцентным налогом. Это немедленно убивает любимое развлечение [8] банков, которые постоянно перекладывают средства из одной валюты в другую, размещая их в облигации или на депозиты то одной, то другой страны ради выигрыша сотых долей процента доходности. Когда перевод денег из одной валюты в другую и обратно будет стоить 2 %, то выигрыш долей процента станет явно бессмысленным занятием.

Недостаток этого налога состоит в том, что вы можете контролировать лишь операции купли-продажи, но не кредитные. Для последних существует вторая ступень налога — тоже 1 % на любые рублевые кредиты, выдаваемые нашими банками зарубежным (включая и представительства последних в России).
Стало быть, теперь любая попытка любого западного банка купить рубли или взять рублевый кредит повлечет за собой обложение налогом.
Тут не важно, находится ли наш банк в Москве или выдать кредит пытается его заграничный филиал — в любом случае он обязан заплатить налог.

Этих мероприятий достаточно, [9] чтобы остановить хаотичные перемещения огромных денег и оставить из всех нерезидентов (то есть иностранцев) в наших финансовых рынках только стратегических покупателей. [10]

Налог Тобина vs «горячие» деньги – за кого голосует Россия?

Приток спекулятивного капитала беспокоит ЦБ РФ. Но центробанк не собирается без широких дискуссий с экспертным и бизнес-сообществом вводить меры регулирования трансграничных операций. В сообществах мнения разделились: одни ратуют за введение таких ограничений, другие предлагают не распугивать инвесторов

Москва. 23 ноября. IFX.RU — Эксперты, опрошенные агентством «Интерфакс-АФИ», неоднозначно оценивают перспективу введения мер регулирования трансграничных операций для ограничения движения спекулятивного капитала. Одни считают, что это малоэффективно и подорвет доверие инвесторов к политике Центрального банка и правительства РФ, а это в дальнейшем может сказаться на притоке долгосрочного капитала, другие, напротив, убеждены, что введение мер, которые позволят ограничить в страну приток «горячих» денег, было бы полезным.

Опыт Бразилии и «мягкие меры» регулирования

В минувшей четверг первый заместитель председателя ЦБ РФ Алексей Улюкаев, говоря о возможном введении мер, которые могут ограничить приток краткосрочного капитала в Россию, заявил о готовности обсуждать с экспертным сообществом и бизнесом введение мер регулирования трансграничных операций.

«Может быть, разработка неких гипотетических пока мер регулирования в целом трансграничных операций, в частности, то, что называется налогом Тобина, то, что бразильцы восстановили некоторое время назад по операциям, связанным с (инструментами) fixed income, и операциям на внутреннем валютном рынке», — сказал А.Улюкаев, отметив, что это не предложение и не план, а тема для дискуссии.

«Сначала должна быть проведена большая дискуссия в бизнесе, в экспертной среде, прежде чем такие меры вводить, потому что меры неоднозначно трактуемы», — сказал он.

Американский экономист Джеймс Тобин в начале 1970-х годов предложил ввести налог на операции с иностранными валютами в размере 0,1-0,25%. По его мнению, это привело бы к снижению валютных спекуляций. Собранные средства Д.Тобин предлагал распределять между Международным валютным фондом и национальными банками для помощи развивающимся странам. Налог так и не был введен, но идея вновь обрела актуальность с началом мирового финансового кризиса.

Бразилия недавно ввела двухпроцентный налог на операции по покупке облигаций с фиксированной доходностью или акций, номинированных в реалах.

О проблеме быстрого притока краткосрочного иностранного капитала на прошлой неделе говорил и глава ЦБ РФ Сергей Игнатьев. Он заявил, что выступает против возобновления валютного регулирования, однако, правительство и ЦБ думают о введении «мягких» мер, способных притормозить движение спекулятивного капитала.

Речь идет о механизмах, которые уже применялись раньше, и их можно возобновить — дифференциация для банков нормативов обязательных резервов по иностранным заимствованиям и обязательствам перед российскими кредиторами, введение ограничений ЦБ по наращиванию банками открытой валютной позиции.

Дестимулировать приток «горячих» денег может изменение механизма начисления налога на прибыль и включение в себестоимость только процентных платежей по иностранным заимствованиям в пределах 3% (в настоящее время — 15%), а также введение мониторинга за иностранными заимствованиями компаний и банков. Особенно это касается компаний с госучастием, которые имеют высокие рейтинги, что позволяет им привлекать большие ресурсы.

Читайте так же:  Арбитражный суд округа структура и полномочия

По мнению А.Улюкаева, меры регулирования притока капитала должны применяться в отношении не только банков, но и компаний. «Нет смысла просто регулировать привлечение капитала через банк, если вы не можете контролировать привлечение капитала через других агентов рынка, иначе возникает очень серьезное искажение, нетранспарентность среды и т.д.», — сказал первый замглавы ЦБ РФ.

Он также отметил, что снижение процентных ставок Банком России и переход к свободному курсообразованию будут также создавать меньшую мотивацию для притока краткосрочного капитала в РФ.

«Приближение к свободному плаванию курса рубля означает меньшую мотивацию для операций carry trade, следовательно, меньшую мотивацию, чтобы движение краткосрочного капитала было стремительным, хаотичным и создавало бы то большие минусы, то большие плюсы в платежном балансе, соответственно, то изъятие, то предоставление ликвидности», — отметил первый зампред Банка России.

Он подчеркнул, что никаких сроков для введения мер по ограничению притока краткосрочных ресурсов нет. В настоящее время ситуация с заимствованиями российских банков и нефинансовых компаний достаточно спокойная, но возможна быстрая динамика в «близкое» время. Если динамика притока капитала будет излишне бурной и будет создавать дополнительные риски, то у ЦБ есть инструменты воздействия на этот процесс.

Налог Тобина малоэффективен, но мягкие меры нужны

По мнению директора Центра экономических исследований Московской финансово-промышленной академии (МФПА) Сергея Моисеева, сейчас проблема России в том, что на рубль оказывается избыточное давление, которое связано преимущественно с краткосрочным притоком капитала в страну. Из-за этого притока в последние месяцы наблюдается бум на фондовом рынке, хотя экономика находится в состоянии рецессии. Такие притоки капитала имеют негативные последствия в плане избыточного укрепления рубля, более низких темпов экономического роста, а также быстрого роста денежного предложения, что несет в себе угрозу увеличения инфляции.

Он считает, что поскольку Россия заявляет о переходе на свободное конвертирование национальной валюты, то никакие меры контроля не могут быть использованы. Тем не менее, применение косвенных мер было бы целесообразным, полагает эксперт.

В частности, С.Моисеев считает необходимым установить специальный режим обязательного резервирования для банков: ввести повышенные нормы резервов по обязательствам перед нерезидентами, и чем короче эти обязательства, тем выше должны быть нормы резервирования. Таким образом, с помощью косвенного налогообложения можно препятствовать тому, чтобы банки наращивали краткосрочный избыточный иностранный капитал.

С.Моисеев согласен с А.Улюкаевым в том, что регулирование движения капитала должно быть не только через банки, но и через корпорации. По его мнению, для корпораций должно быть введено налогообложение внешних займов.

«Все займы перед нерезидентами должны облагаться регрессивным налогом — чем больше срок заимствования, тем меньше ставка налога», — сказал он, отметив, что нужно уставить налог на займы со сроком до 5 лет в размере от 15% до 3% от суммы долга. Заимствования со сроком более 5 лет не должны облагаться таким налогом. При этом он отмечает, что сделки, связанные с торговым финансированием, должны быть освобождены от налогообложения.

«Это должно ограничить приток коротких денег в страну, которые способны разбалансировать валютный рынок в течение короткого времени. При этом нормы обязательных резервов для банков и налогообложение для корпораций должны быть унифицированы, чтобы не было возможности арбитража и все находились в равных условиях», — сказал С.Моисеев.

По его словам, введенная в Бразилии ставка налога в размере 2% — слишком маленькая, чтобы значимо повлиять на финансовый рынок, поэтому нормы резервирования и налогообложения должны быть более существенными.

«Также было бы неплохо, если бы облагались налогом вложения в акции, потому что мы также опасаемся возникновения мыльного пузыря», — отметил он. Это налогообложение должно быть привязано к срокам, в качестве предложения эксперт называет величину 20% от разницы между ценой покупки и продажи акций, если сделки произошли с интервалом менее года.

По мнению ректора Финансовой академии Михаила Эскиндарова, введение налогообложения трансграничных операций малоэффективно при той волатильности, которая присуща российскому рынку, и тех доходностях, которые могут получить инвесторы.

Руководитель Экономической экспертной группы Евсей Гурвич говорит, что пока не существует большого международного опыта использования налога Тобина, поэтому если и вводить какие-то ограничения, то те, которые Россия раньше использовала. Например, восстановить механизм резервирования по трансграничным операциям, который перестал использоваться одновременно с отменой валютного регулирования в середине 2006 года. Этот механизм можно настроить таким образом, чтобы он был направлен на регулирование притока краткосрочного капитала, который и создает проблемы в экономике, при этом почти не затрагивая долгосрочный.

Е.Гурвич считает, что пока вопрос каких-либо ограничений для России не актуален. Но тем не менее, он напоминает предсказания многих экономистов о том, что как только мировая экономика начнет выходить из кризиса, развивающиеся рынки, к которым относится и Россия, восстановятся раньше остальных, в них будет перетекать капитал из развитых стран.

«В этом случае ЦБ будет рассматривать меры, чтобы ограничить такой приток, поскольку он будет оказывать давление на курс рубля и создавать потенциальную угрозу волатильности», — считает эксперт.

Приток спекулятивного капитала в будущем вероятен, потому что Россия остается одним из главных магнитов для него, говорит ректор Российской экономической школы Сергей Гуриев. Он отмечает, что многие другие развивающиеся страны используют разного рода инструменты ограничения движения капитала, что создает еще большую опасность притока ликвидности в Россию.

Аналитик компании «Ренессанс Капитал» Алексей Моисеев считает, что введение налога Тобина — это тупиковый путь, поскольку люди все равно будут искать пути его обхода.

«Будет меньше прозрачности и меньше ликвидности», — говорит он.

«Российские власти всегда гордились тем, что они не поддаются панике и готовы принимать спекулятивный капитал, даже если его очень много. Я думаю, что заявление Улюкаева следует интерпретировать как мягкий отрицательный ответ — он значит, что мы не будем делать этого (вводить ограничения движения капитала)», — считает С.Гуриев.

Он полагает, что нет ничего страшного в том, что цены на российские активы вновь пойдут вверх из-за спекулятивного капитала, нужно только правильно объяснять это людям.

«Если людям будут говорить правду о том, что это, скорее всего, приток спекулятивного капитала, то все будут отдавать себе отчет, что этот рост цен не навсегда», — сказал С.Гуриев.

Аналитик «ВТБ Капитал» Иван Инванченко также считает, что введение каких-либо ограничений малоэффективно, об этом говорит пример Бразилии, где приток короткой ликвидности по-прежнему остается на таком уровне, который способен существенно повлиять на экономику.

«Я бы предлагал на пути такого капитала ставить достаточно адекватную монетарную политику. У Центробанка существуют инструменты для того, чтобы обескураживать эту игру, не вводя капитальный контроль, — это снижение ставок и, если надо, умышленное ослабление рубля», — сказал И.Иванченко, отметив, что при этом ЦБ следует говорить о возможности укрепления или ослабления курса, но действовать без предупреждений.

«Мягкие» меры, как вы это ни назовете, все равно это регулирование, контроль капитала и ограничения его движения», — сказал И.Иванченко.

Он считает, что было бы непоследовательно вводить какие-либо ограничения при том, что Центральный банк и монетарные власти заявляют о свободе движения капитала и о том, что Россия не намерена возвращаться к валютному регулированию. Это было бы воспринято инвесторами как смена правил игры, что впоследствии скажется и на долгосрочном капитале — инвесторы будут закладывать такой риск в свои решения.

«Я думаю, что для Центробанка доверие — это самая главная вещь. Мы его выстраиваем годами, убить его можно одним словом», — подчеркнул И.Иванченко.

G20 и чиновники о налоге на трансграничные операции

Обсуждение налога на финоперации на саммите в Шотландии в ноябре инициировал британский премьер Гордон Браун. Идея налога, как считают многие наблюдатели, может быть включена весной 2010 года Международным валютным фондом в набор мер, которые фонд, в соответствии с решениями сентябрьского саммита, предложит ведущим странам с целью борьбы с будущими кризисами. Предложение Г.Брауна не получило поддержки министра финансов США Тимоти Гайтнера и главы российского Минфина Алексея Кудрина.

В России с предложением ввести налог на финансовые операции в размере 0,5% в марте этого года выступал глава Федеральной налоговой службы Михаил Мокрецов.

Министр финансов РФ Алексей Кудрин считает нецелесообразным введение налога Тобина в России, по его мнению, эта мера не даст результатов.

Помощник президента РФ Аркадий Дворкович также не поддерживает идею введения налога на финансовые операции.

способ регулирования рынков капитала — налог? Тобина?,

названный именем автора этой идеи — нобелевского лауре)

ата экономиста Джеймса Тобина. Речь идет об обложении

всех валютно)обменных операций сравнительно небольшим

налогом — в размере 0,05–0,25%, чтобы тем самым снизить

скорость движения капиталов и заставить инвесторов осто)

рожнее относиться к перемещению капиталов через государ)

ственные границы. Подобную меру поддерживает, среди про)

чих, и движение ATTAC; его сторонники утверждают, что она

поставит заслон на пути спекулянтов и позволит избежать

серьезных валютных кризисов. Критики налога? Тобина»

указывают в первую очередь на то, что на практике подобное

налогообложение невозможно. Для этого необходимо, что)

бы налог ввели все страны мира; в противном случае потоки

капиталов просто пойдут через государства, не присоединив)

шиеся к этой системе. К тому же в случае введения такого на)

лога товарные сделки, во избежание трансакционных издер)

жек, будут осуществляться в основном с использованием

наиболее распространенных валют. Кончиться все это может

тем, что вся мировая экономика перейдет на американские

Читайте так же:  Договор о совместной деятельности в образовании

доллары. Но есть и более серьезный аргумент против налога«

Тобина?: даже если удастся его ввести, последствия окажутся

На практике он принесет финансовому рынку даже

больше вреда, чем регулирование на уровне отдельных

стран. Последнее лишь сокращает приток капитала в страну,

вводящую подобные ограничения, а налог? Тобина? приве)

дет к снижению оборота капитала в целом и сократит воз)

можности внешнего финансирования для всех стран мира —

даже тех, кто в таком финансировании крайне нуждается.

Препятствия на пути движения капиталов запрут? свобод)

ные средства в границах тех государств, где они имеются, —

то есть в богатых странах, и в роли проигравшего окажется

третий мир. Таким образом, налог? Тобина? в действитель)

ности является не налогом на капитал, а заградительным та)

рифом, который приводит к удорожанию торговых и инвес)

тиционных операций. Сторонники этой идеи утверждают,

что она не приведет к подобным последствиям, поскольку

предлагаемый налог крайне низок, и с точки зрения долго)

срочных инвестиций удорожание составит ничтожно малую

величину. Но проблема в том, что вложение капитала — это

не одна)единственная трансакция. К примеру, инвестор мо)

жет частично профинансировать какой)то проект, часть де)

нег взять себе в виде прибыли, увеличить объем вложенных

средств, если это ему выгодно, перевести поступления в дру)

гие направления бизнеса, прибавить их к имеющемуся капи)

талу, закупить запчасти за рубежом и т.д. При этом, если каж)

дая, даже небольшая трансакция облагается налогом«

Тобина?, общие издержки многократно превысят скромные

несколько сотых долей процента, а следовательно, более при)

быльными для инвестора окажутся операции в валюте его

страны, осуществляемые в ее пределах. Все это снизит доход)

ность капитала, затруднит его доступность именно для тех

стран, которые в нем нуждаются, а значит, приведет к сокра)

щению инвестиций. Процентные ставки повысятся, и заем)

щикам придется больше платить по кредитам.

Сторонники налога? Тобина? утверждают, что их

цель — закрыть путь для валютных спекуляций, а не для ин)

вестиций в производство. Но представление о наличии не)

коей четкой границы между полезными? инвестициями

и непродуктивной? спекуляцией в корне неверно. Вторич)

ные финансовые инструменты, которые критики обычно рас)

сматривают как орудие спекулянтов, на самом деле — необ)

ходимый элемент инвестиционного процесса. В условиях,

когда цены и валютные курсы быстро меняются, прогноз раз)

вития ситуации на рынке, сделанный той или иной фирмой,

может не оправдаться, и дело закончится для нее плохо, если

фирма не подстрахуется с помощью вторичных финансовых

инструментов. Допустим, компания занимается выплавкой

металла, и цена на него вдруг резко падает, лишая фирму

ожидаемых доходов и ставя на грань банкротства. Но компа)

ния может не тратить время и силы на попытки предсказать

развитие событий, а просто приобрести право продавать свое

сырье в будущем по фиксированной цене — опцион на про)

дажу. Тот, кто купит у нее этот опцион, вместе с ним берет на

себя все риски и ответственность за прогнозирование ситуа)

ции на рынке. Таким образом, металлургическая фирма мо)

жет сосредоточиться на производственных вопросах, а рис)

ки добровольно берут на себя специалисты по анализу собы)

тий и оценке опасностей — те самые спекулянты.

Поскольку курсы валют также подвержены резким ко)

лебаниям, фирмы сталкиваются с аналогичными рисками

в тех случаях, когда валюта, которой с ними расплачивают)

ся, вдруг падает. Если металлургической компании непросто

спрогнозировать ситуацию даже на том рынке, где она

действует, то следить за событиями в валютной сфере и оце)

нивать риски на несколько месяцев, а то и лет вперед ей еще

труднее. В условиях подобной неопределенности торговля

разнообразными вторичными валютными инструментами

приобретает особое значение — ведь тогда компания, к при)

меру, может приобрести право продавать получаемую валю)

ту по фиксированному курсу. Но это относится к разряду тех

самых спекуляций?, с которыми призван бороться налог«

Тобина?. Причем, подобно обычным инвестициям, этот про)

цесс также не ограничивается одной трансакцией. Если спе)

кулянт полностью отвечает по всем рискам, он оказывается

в крайне уязвимом положении. Поэтому у него должна быть

возможность перераспределять эти риски в соответствии

с развитием событий, обеспечивая таким образом сбаланси)

рованность своего портфеля? рисков?. Подобную возмож)

ность ему предоставляет обширный вторичный рынок, поз)

воляющий практически мгновенно выставлять на торги эти

ляций? компания может по максимально низкой цене за?)

страховаться?, что создает возможность инвестировать, не)

взирая на риски. Этот процесс фактически аналогичен тому,

что происходит на вторичном рынке акций — бирже, кото)

рая позволяет людям смело финансировать вновь создавае)

мые компании, выступая в роли их акционеров.

Именно против вторичного рынка и направлен на?)

лог Тобина?. Его введение приведет к сокращению числа

спекулянтов, которые готовы брать на себя риски, а если они

все же пойдут на это, то цена опционов резко повысится.

В результате цена страховки? для компаний и инвесторов

увеличится, и они не станут вкладывать капиталы в страны

и валюты, подверженные значительным рискам. От этого

опять же проиграют страны, где ощущается дефицит капи)

талов и существует более высокая вероятность рисков, — то

есть бедные развивающиеся государства. Инвесторы будут

размещать капиталы только на тех рынках, где обстановка

им хорошо известна и представляется безопасной. В послед)

нее десятилетие на долю развивающихся стран приходилась

четверть общего объема прямых иностранных инвестиций.

В случае введения налога? Тобина? эта доля резко снизится.

Физическим лицам и фирмам из бедных стран будет намно)

го труднее получать кредиты, а процентные ставки по ним

Таким образом, введение налога? Тобина? создает

серьезную угрозу нарушения функционирования финансо)

вых рынков. Однако предотвратить валютные кризисы с по)

мощью этого налога не удастся. На практике созданный им

барьер будет довольно низким и сможет воспрепятствовать

лишь текущим коммерческим трансакциям. Если обменные

операции, идущие поверх? этого барьера, в какой)то момент

станут прибыльными, результатом будут самые резкие коле)

бания валютных курсов. Таким образом, проблем, связанных

с валютными спекуляциями и бегством капиталов, этим спо)

собом избежать не удастся. Когда спекулянты осознают, что

у них есть возможность подорвать фиксированный курс той

или иной валюты (как это случилось, например, с британ)

ским фунтом и шведской кроной в 1992 году), то их нисколь)

ко не смутит необходимость уплатить налог — ничтожный

по сравнению с баснословной прибылью. Если они могут по)

лучить на колебаниях валютного курса прибыль от 20 до 50%,

налог в 0,05% их, естественно, не остановит. Тот же принцип

действует и в случае утраты доверия к какому)либо рын)

ку, когда бегство? с него становится насущной необходи)

мостью, позволяющей избежать гигантских убытков, —

именно такая ситуация сложилась в ходе азиатского кризиса

1997 года. Низкий налог? Тобина? способен нарушить нор)

мальное текущее функционирование финансового рынка, но

не позволяет предотвратить подобные кризисы.

Высокий оборот на валютном рынке сокращает риск

возникновения временного дефицита и искажений в цено)

образовании. Кроме того, большой масштаб рынка снижает

опасность того, что отдельные игроки или трансакции спо)

собны решающим образом повлиять на цены. Таким обра)

зом, отсутствие ограничений на валютном рынке предотвра)

щает резкие колебания обменных курсов, а налог? Тобина?,

как это ни парадоксально, может их усилить из)за снижения

ликвидности на этом рынке. На смену постоянным незначи)

тельным колебаниям, обеспечивающим выравнивание

и корректировку курсов, придут периодические резкие скач)

ки. С 1970)х годов, несмотря на масштабную либерализацию

валютного рынка и четырехкратное увеличение его объема,

роста неустойчивости и потрясений в этой сфере не наблю)

дается. На деле страны, где существует жесткое регулирова)

ние рынка капиталов, больше подвержены хаотичным коле)

баниям валютных курсов, чем те государства, где таких

Впрочем, при всех перечисленных недостатках у на?)

лога Тобина? есть одно несомненное преимущество: он при)

несет огромные доходы странам, которые его введут. По

подсчетам движения ATTAC, они должны составить 100 мил)

лиардов долларов в год; в других оценках фигурируют более

скромные цифры — от 10 до 50 миллиардов. Однако воз)

никает вопрос: а как собирать этот налог? Для того чтобы от)

следить все трансакции на мировом рынке, потребуется

гигантский бюрократический аппарат, наделенный полно)

мочиями по сбору налога. Причем речь идет об операциях,

осуществляемых в электронном виде по всему миру, в том

числе в странах, где нет ни нормальной системы бухгалтер)

ской отчетности, ни эффективной администрации. Другими

словами, придется создавать нечто вроде мирового? пра)

вительства?, чей бюрократический аппарат, очевидно,

и съест? большую часть собранных денег. Встает и второй

вопрос: кто будет руководить этим аппаратом? ООН? Но

в этой организации страны с диктаторскими режимами име)

ют не меньше влияния, чем демократические государства.

Кто помешает этому мировому? правительству? превратить)

ся в рассадник коррупции? Кто не даст ему злоупотреблять

своими обширными полномочиями? И кто в результате по)

лучит эти деньги?

Впрочем, теоретически за счет налога? Тобина? можно

получить несколько миллиардов долларов в год и использо)

вать эти средства, к примеру, для помощи развивающимся

странам. Но если мы считаем, что подобное перераспределе)

ние капитала целесообразно, почему не осуществить его дру)

гими методами — к примеру, за счет упразднения тарифов,

направленных против стран третьего мира, или пересмотра

деструктивной сельскохозяйственной политики ЕС, сдержи)

вающей их развитие? Почему бы не увеличить объемы помо)

щи, выделяемой на нужды развития, или не ввести в мировом

масштабе штрафы за деятельность, наносящую ущерб окру)

жающей среде? Неужели обязательно получать эти доходы

путем подрыва финансового рынка? Впрочем, может быть,

к этому инициаторы подобной идеи и стремятся…