Как оформить интервью для газеты

«Очень стараюсь, поскольку метро — это навсегда»

Интервью с художником Иваном Лубенниковым, автором оформления станций «Маяковская», «Славянский бульвар»

Художник-монументалист Иван Лубенников, автор оформления станций «Маяковская», «Славянский бульвар», «Сретенский бульвар» в московском метро и станции Madeleine в метро парижском, поведал «Парку культуры» о своей грядущей выставке в ЦДХ, об особенностях работы в постсоветской архитектуре, о любви к перформансу и неверии в «смерть живописи».

Монументалисты — народ с виду суровый, но в действительности веселый, контактный и демократичный. Без этих качеств в профессии прижиться трудно: надо находить общий язык с множеством разных людей. Вот и Иван Лубенников, отметивший не так давно 60-летие, о своей работе рассказывает хоть и серьезно, но без угрюмой многозначительности. Несмотря на регалии (народный художник России, членкор Академии художеств, профессор МГАХИ имени Сурикова), он не старается важничать — даже со студентами. Однако легкость в общении не означает легкомыслия: своими убеждениями Лубенников ни в каких ситуациях поступаться не намерен.

— В анонсе юбилейной выставки говорится, что это первая ретроспектива в вашей биографии. Но для художника, у которого хорошо продаются работы, устроить ретроспективный показ бывает непросто: многих произведений просто не собрать. Вы нашли какой-то выход из положения?

— Честно говоря, сама по себе выставка мне не очень и нужна. Я за нее взялся, чтобы на ее фоне публично презентовать свой недавно выпущенный двухтомник. Разумеется, полноценной ретроспективы получиться и не могло: работы находятся в коллекциях по всему миру, выцарапать их оттуда практически невозможно. Будет по несколько работ из разных периодов, так что выставка состоит скорее из штучных произведений, нежели представляет какой-то осмысленный ряд. И в этом есть своя прелесть. Но, повторюсь, для меня важнее сейчас представить книгу. Я никогда прежде ничего не публиковал из своих текстов, тем более прозу. В двухтомник включены также размышления моих друзей-архитекторов — Андрея Бокова, Александра Скокана, Николая Шумакова. Использовал и некоторые искусствоведческие статьи, написанные в разное время. Плюс множество иллюстраций с моими комментариями. А на выставке кроме живописи я собираюсь показывать видеоряд, посвященный работе в архитектуре. Эти материалы дают понять, что жизнь монументалиста не такая уж легкая штука. Отсюда, кстати, и название проекта — «Цена свободы». Легко пользоваться свободой, которую кто-то за тебя заработал, а самому ее зарабатывать сложно.

— А правда ли, что собираетесь на своей выставке представлять перформанс? Это какой-то иронический жест?

— Нет, никакой иронии. Я себя считаю современным человеком, никогда не был ретроградом — иной раз даже пытался, но не получалось. Полагаю, что в любом событии должна быть полнота. Для того я и книжку издавал: прекрасно отдаю себе отчет, что кому-то понятнее моя живопись, а кто-то предпочтет слово. То же самое и с перформансом: люди все разные, некоторым ближе именно этот жанр. У меня на выставке будет жить муза в пространстве. Я подобрал правильную женщину — не «суповой набор» с длинными ногами, а такую, как у меня на холстах, — и поместил ее в экспозицию в качестве атрибута. Надеюсь, умные люди эту зрелищную конструкцию оценят.

— Давайте теперь поговорим о монументалистике. Вы принадлежите к довольно закрытому цеху, о котором широкая публика мало что знает. Не могли бы рассказать, как изменилась ситуация с монументальным искусством по сравнению с советскими годами?

— Главное изменение состоит в том, что резко сократился процент государственного заказа. Раньше всем предприятиям планировали деньги на «соцкультбыт», которые необходимо было тратить, иначе происходило урезание этой статьи. И мы тут приходились очень кстати: монументальные работы дорогостоящие, сразу «сжигались» крупные суммы. Разумеется, делалось много халтуры, но было и много интересного: цех-то у нас очень сильный. А потом эта практика прекратилась, сейчас никто никого не заставляет планировать деньги на «соцкультбыт». Предпочитают, видимо, рассовывать их по карманам. Многие художники из нашей отрасли вынуждены были свалиться в «частный сектор». Дело это весьма печальное, с частным заказчиком работать крайне тяжело — кстати, как и с церковью. Очень сильно давление на автора. А вот в моей жизни мне никто никогда не указывал, что следует делать в архитектуре. Я всегда выходил со своими предложениями, и их, как правило, одобряли. Была, может, пара осечек. Например, я когда-то переоценил перестроечную вольность и предложил в санатории ЦК сделать рельефы на тему Апулея. Проект завернули, конечно, но это был исключительный случай. Я и сейчас остаюсь счастливым человеком: в моих руках часто оказывались и оказываются крупные, очень заметные архитектурные объекты. Взять хотя бы станции метро: это же самые большие выставочные залы.

— Метрополитен — это все, что осталось от госзаказа?

— Нет, бывают и другие его формы, конечно, но они более случайны. А метро — вещь надежная. И мне самому нравится такая работа, приятно делать что-то для большого числа людей. Очень стараюсь, поскольку это навсегда. За последние шесть лет я сделал три станции в Москве и одну в Париже.

— Кстати, о Париже: вам эту работу французы заказывали?

— Не совсем так. Французы обратились к нам с просьбой поучаствовать в оформлении новой станции Madeleine, а меня попросил уже Дмитрий Гаев, тогдашний глава Московского метрополитена. Должен сказать, я его по-прежнему уважаю и люблю, несмотря на все гонения, которым он подвергся. Думаю, что его отодвинули из-за того, что он неудобный для многих человек. Жуткая несправедливость. Почему-то наша страна не дорожит людьми, которые чего-нибудь стоят. Так вот, возвращаясь к станции Madeleine: мой витраж — это подарок Московского метрополитена Парижу.

— Вы говорили, что всегда приходите к заказчику с собственными предложениями. Так было и во всех случаях сотрудничества с московским метро?

— Практически да. Разве что относительно «Славянского бульвара» была просьба Гаева сделать интерьер в духе ар-нуво — он обожает этот стиль. Я ему долго морочил голову, отказывался, потом объяснил, что ар-нуво в чистом виде сделать нельзя: живем-то в другую эпоху, все равно выйдет постмодерн. На том и сошлись. Знаю, что многим людям нравится то, что получилось. Там же яблоневые сады наверху, симбиоз довольно любопытный.

— А что вам навеяло пространственное решение вестибюля станции «Маяковская»? Оно крайне оригинально и в силу этого, вероятно, до сих пор вызывает противоречивые мнения.

— Эта история началась лет за пятнадцать до открытия вестибюля. Я тогда сделал эскизы и даже успел их сдать художественному совету, после чего все встало. Лишь в последний момент, когда до пуска оставалось меньше года, про меня опять вспомнили. Пришлось менять прежние решения, потому что изменилась архитектура. Но было понятно, что все равно нужна мозаика: там же плафоны Дейнеки внизу. Приводить сюда другую технологию, другой материал было бы странно. Пришлось решать эту проблему: как забрать мозаикой свод. Я решил, что если у Дейнеки небо далекое, с передними планами и парашютистами, то у меня будет небо «в упор». Это небо пустое, современное. На нем почти ничего нет, кроме самолета, журавлей и строчек из Маяковского. Я их сам выбирал, причем старался не включать ничего из школьной программы и сделал акцент на любовной лирике. Задачи иллюстрировать поэзию передо мной не стояло. Расстраивает вот что: там свет плохой. Не послушали меня зодчие, придумали какие-то корыта, засветили края, хотя надо было делать свет встречный, из соседних пространств. Тогда бы мозаика работала очень цельно. Есть у меня и другие нарекания по «Маяковской», далеко не все там пошло по авторскому замыслу. В этом отношении со «Сретенским бульваром» оказалось получше. Я настоял, чтобы была нержавейка, хотя были противники у этого материала. Травленая сталь очень красива. Я вспомнил, как выглядит офортная доска, когда цинк еще не корродировал, и постарался достичь этого эффекта. Иногда спрашивают: а почему там пустые пилоны? Да потому что воздух нужен, простор. Ощущение воздуха под землей — это важно.

— Вы со своей бригадой работаете?

— Да, они все мои ученики, абсолютные универсалы. Многое они сами придумывают при моих консультациях, выстраивают технологические цепочки, которые у каждой новой работы свои. Метро выставляет очень жесткие требования по срокам, так что квалификация моих ребят чрезвычайно важна.

— Работы для метрополитена хороши еще и тем, что можно не беспокоиться за их сохранность, чего не скажешь об объектах на поверхности.

— Это действительно проблема. Например, в клубе Трехгорной мануфактуры, оформление которого было моей «путевкой в жизнь», почти вся моя работа закрыта травертином, а в актовом зале сейчас коммерческий ларек. Или взять железнодорожный вокзал в Звенигороде: я кода-то голову ломал над его образом — теперь почти все переделали. Подобных примеров у меня набралось немало. Сейчас господствует либо великодержавный стиль, либо коммерческий. Да и вообще судьба монументального искусства ненадежна: приходит новая власть или просто новая генерация — и начинается подгонка под другие вкусы.

— Несмотря на востребованность в качестве монументалиста, вы постоянно занимаетесь и станковой живописью — пишете картины, проще говоря. Для вас это отдушина, способ дополнительного заработка или возможность самовыразиться вне заказа?

— И то, и другое, и третье. У художника такая планида, ему и деваться-то особо некуда от постоянной вовлеченности в творческий процесс. Возникает в голове какой-то образ — тут же его и начинаешь воплощать. Оживление мертвой ткани захватывает, к этому делу привыкаешь как к наркотику. Я даже думаю, что это идет от мужской природы: мужчинам не дано рожать детей, они только бывают немного причастны к появлению новой жизни — вот и хочется самому создать что-то живое из праха.

Читайте так же:  Приказ 678н от 18.11.2019

— А как насчет популярного в некоторых кругах тезиса о том, что, дескать, живопись умерла?

— Пустая декларация. Во-первых, живопись — это трудно. А рисование — еще труднее. Этому надо научиться, на что уходит много времени и сил. Гораздо проще прилепить куда-нибудь смятую газету, образования тут не требуется, а придумать этому оправдание всегда можно — человеческий разум очень изобретателен. Во-вторых, отказ от живописи позволяет создавать надуманные авторитеты. Называешь кого угодно гением, и опровергнуть тебя невозможно. Просто нет ряда, который бы это опровергал. В-третьих, речь идет о бизнесе, многие делают на актуальном искусстве хорошие деньги. Касательно того, что «умерла — не умерла»: вероятно, подразумевается все же картина, а не живопись как таковая. Если говорить о большой тематической картине, то соглашусь: она сегодня выглядит одиозной. Безусловно, живопись должна быть носительницей современного дыхания. Не может пройти серьезное искусство мимо того, что сама жизнь меняется. Но при чем здесь «смерть живописи»? Мне нравится рисовать красками по холсту, я получаю от этого процесса удовольствие и делать этого не перестану, кто бы что ни утверждал. Другое дело, что под влиянием подобных деклараций почти уничтожена профессиональная школа. Где потом брать мастеров, которые ее будут восстанавливать? По существу же, все разговоры о «смерти живописи» — это очередное возмущение поверхности бытия, не более того. А вообще-то, если человек талантлив, то пусть делает что угодно. Огорчает только, что в последнее время основным критерием оценки искусства стала цена, а все другие критерии уплывают. Когда я был молод, меня вопрос цены не сильно интересовал — да и сейчас не интересует, честно говоря. Иной раз я вижу очень дорогое и при этом очень плохое, иногда же бывает и наоборот. Уничтожение критериев ведет к такому «заболеванию», как измельчание или полное отсутствие творческих целей. Актуальное искусство вынуждено конкурировать со средствами массовой информации, это единый пласт. Мне же, как и многим моим коллегам во всем мире, важны в современном искусстве поиски новой формы, материала, выразительности. Это другая, фундаментальная зона.

— Вы много преподаете в Суриковском институте. Что для вас значит это поприще? Вам чего-то не хватает в собственной творческой работе?

— Просто я по натуре учитель. Причем не нудный учитель: я с ними заодно. Студенты очень помогают мне сохранить внутренний запас молодости. От молодежи поневоле заражаешься их качествами. К тому же я понимаю, что могу в чем-то реально им помочь. Школа здесь достаточно классическая, точно сформулированная, но наше монументальное отделение требует несколько другого к себе отношения. Больше должно быть провокации, неожиданных решений. Работать в современной архитектуре византийскими методами невозможно. Вот я и пытаюсь завести ребят на что-то рискованное. Их тут могут за это критиковать, но в будущем этот опыт свою роль непременно сыграет. Преподавание — хорошее дело, в том числе и потому, что заставляет тебя лучше формулировать собственные мысли. Вбрасывать студентам сырую, несвязную информацию непозволительно, надо все заранее в голове выстроить и разложить по полкам. Заработок никакой, конечно, зато ощущения позитивные.

Подборка: 60 универсальных вопросов для интервью

Интервью — один из самых благодарных видов контента.

Подбираешь вопросы, отправляешь герою, получаешь ответы, форматируешь и — в печать! Конечно, это поверхностная схема создания интервью. На самом деле, это самостоятельный и яркий контентный формат. И в блоге он очень выгодно смотрится на фоне привычных статей, руководств и новостей.

На тему интервью мы уже подготовили несколько материалов. Можете при желании ознакомиться с ними здесь, здесь и здесь. Сейчас речь пойдет о самом важном этапе подготовки к интервью — о вопросах.

Изучая героя, хочется задать ему важные и острые вопросы одновременно. Хочется, чтобы интервью не было скучным, банальным и типичным. Хочется, чтобы читатель проглотил его, смакуя каждую букву, каждую реплику.

И в такие моменты под рукой очень не хватает подборки вопросов для интервью, которые можно адаптировать под отдельного персонажа.

Эту подборку мы готовили для себя. Но решили поделиться ею и с вами. Потому что шаблоны всегда помогают в работе.

Вопросы для интервью: 60 шаблонов

  1. Расскажите о себе, своем бизнесе.
  2. Как Вы можете охарактеризовать себя в двух словах?
  3. Когда Вы решили стать_____ и почему?
  4. Что привело Вас именно к __________?
  5. Что послужило толчком к _________?
  6. Какими были первые шаги?
  7. В чем плюсы и минусы работы _______?
  8. Опишите свое самое большое достижение и самый впечатляющий провал?
  9. Опишите три Ваших достижения?
  10. Бывают ли моменты, когда Вас покидает вдохновение (теряете веру в себя, в свой бизнес)?
  11. Опишите свою рабочую обстановку?
  12. Планируете ли Вы изменить _______?
  13. Каковы Ваши планы в _______?
  14. В чем секрет успеха в _____?
  15. Как Вам удалось добиться успеха в _______?
  16. Ваши любимые книги (фильмы, блюда)?
  17. Чего бы Вы никогда не сделали в жизни?
  18. Можно ли утверждать, что ______?
  19. По какому принципу Вы ______?
  20. Вы сами пришли к этой позиции или ______?
  21. Как изменились Вы после _______?
  22. Вы любите свою работу (бизнес, продукт, услугу, дело)?
  23. Чем Вы любите заниматься в свободное время?
  24. Как сделать, чтобы ________?
  25. Какие советы Вы можете дать новичкам (сотрудникам, читателям)?
  26. Когда Вы в последний раз _________?
  27. Что Вас интересует помимо______ и ________?
  28. Как Вы отдыхаете от ____?
  29. Как к Вам пришла идея организовать ________?
  30. Вы делали _____ самостоятельно или с поддержкой?
  31. Как часто Вы ________?
  32. Как вы считаете, какова ________?
  33. По-вашему, какими качествами должен обладать _____?
  34. Вы остаетесь самим собой, выполняя свою работу, или это PR ход?
  35. Какова доля удачи и везения в Вашем проекте?
  36. Есть ли у Вас свой девиз, миссия?
  37. Вы уже много добились в своей профессии, изменила ли Вас популярность?
  38. Сколько времени Вы посвящаете ______?
  39. Как Вы думаете, почему в обществе (на рынке, в компании, на форумах, в интернете) сформировалась такая точка зрения?
  40. Что для Вас было самым сложным?
  41. Расскажите пошагово, что нужно сделать, чтобы _________?
  42. С чего начинать новичку, если он захочет пойти по Вашим стопам?
  43. Какие профессиональные рекомендации можете дать тем, кто только начинает развиваться в _______?
  44. Какие могут быть подводные камни в Вашей сфере?
  45. Сложно ли заниматься тем, что приносит Вам деньги? Чего Вам это стоит?
  46. Как к Вам пришел первый успех?
  47. Как окружающие воспринимают Ваше развитие (работу, перемены)?
  48. Где Вы ищете своих заказчиков (клиентов, покупателей, инвесторов, партнеров)?
  49. Нет желания все бросить к «чертовой бабушке» и начать что-то совершенно новое?
  50. Расскажите ТОП-5 наиболее эффективных тактик (советов, фишек, приемов, секретов, способов) в _______?
  51. Каково Ваше мнение по такому вопросу: ___________?
  52. Сформируйте Ваше отношение к жизни (бизнесу, семье, коллегам, сотрудникам) в пяти словах?
  53. В чем заключается главная экспертиза человека Вашего уровня?
  54. Сложно было отказаться от_______ (свободного времени, стабильности, карьерного роста)?
  55. Вы всегда так открыты (закрыты, агрессивны, оптимистичны, быстры)?
  56. Какую оценку Вы поставите себе как _______?
  57. Приходилось ли Вам в профессиональной деятельности переступать через свои принципы?
  58. В любом деле есть переломные моменты. Какие были у Вас?
  59. Что мешает Вам жить, а что помогает?
  60. О чем Вы мечтаете?

Конечно, эти вопросы больше относятся к персональному, а не к профессиональному интервью. Но в любом случае каждый из них может повлечь за собой цепочку новых идей, которые в итоге превратятся в полноценный сценарий беседы.

Трансформируйте их, перекручивайте, адаптируйте к теме диалога. Главное, что эти вопросы станут вашим материалом для работы.

Поступить на журфак

Ничто так не интересует человека,
как другой человек.
Из практики прессы

С одной стороны, интервью – информационный жанр журналистики, способ получения фактов путем общения с людьми. Среди методов сбора информации, интервью, наряду с проработкой документов и наблюдением, занимает важнейшее место.

С другой стороны, интервью – литературный пересказ беседы с человеком, мнения которого интересны читателям. Посередине находится интервью-портрет, когда в центре нашего внимания находится сам человек, его опыт, мысли, чувства, ценности.

Изложение фактов и комментарии в интервью ведутся не от имени журналиста, как в новостях, а от имени человека, которого интервьюируют; он более компетентен, имеет большее отношение к обсуждаемому вопросу, чем журналист.

Самый распространенный вид интервью – диалог. Строится по классической схеме «вопрос-ответ» (при верстке вопросы и ответы обычно набираются разным кеглем).

В ходе пресс-конференций журналисты задают вопросы сначала в письменной форме до начала выступления, а затем – устно по ходу мероприятия.

Интервью-зарисовка состоит из беседы и компонентов образной информации. Задача его не только пересказать мнения и суждения человека, но и создать его штриховой портрет. Кроме собственно задавания вопросов, журналист высказывает свое мнение, рассказывает об обстановке и течении беседы, комментирует ее, рисует облик собеседника и т. д.

Подготовка интервью

Жалкое зрелище – не готовый к интервью журналист. Тертый собеседник забавы ради может и поиздеваться над таким горе-интервьюером.

Для журналиста степень подготовки к беседе – это доказательство серьезности его намерений. Это замечают всегда, и от этого в первую очередь зависит, раскроется ли собеседник, отнесется ли с должной серьезностью к разговору. Неподготовленного репортера очень легко ввести в заблуждение, и, разумеется, добытая информация в этом случае будет малоценной.

Читайте так же:  Налог на накопительную часть пенсии

О чем речь.
Прежде всего, необходимо определить цель беседы – получение информации, фиксация мнения или создание портрета интервьюируемого. В качественных современных газетах информацию и мнения разводят по разным полосам или рубрикам. В соответствующую рубрику попадет и ваше интервью. Сложность в том, что интервью, особенно с труднодоступной персоной, хочется сделать смешанным – и новую информацию получить, и мнение зафиксировать. Редакторы решают дилемму тем, что помещают материал в специальную рубрику «Интервью», «Встреча с интересным человеком» и т. п.

Определяется тема интервью. Желательно, чтобы она удовлетворяла уже известным вам по прошлой рассылке критериям: новизна информации или суждений, их общественная важность, интерес.

Разумеется, решают, кто будет собеседником. Впрочем, часто это и без раздумий ясно – когда в город с концертами приезжает звезда или выдающееся деяние совершает земляк.

Совет:
Если вы начинающий автор, не пытайтесь завязать сотрудничество с редакцией с интервью. Лучше сначала написать и опубликовать хотя бы 2-3 новости, а уж потом предлагать тему интервью и собеседника.

Узнать больше.
Хорошенько исследуйте тему перед тем, как брать интервью. Необходимый материал можно найти в Интернете, справочниках, энциклопедиях. Имеет смысл поговорить с кем-то, кто может дать общее представление о проблеме или предмете. Честно признайте, что вам известно не все. (В конце концов, именно поэтому вы и собираетесь говорить с данным человеком.)

Хемингуэй считал, что хороший рассказ подобен айсбергу – 9/10 известной писателю информации «под водой» и лишь 1/10 явлена в тексте. То же и в интервью.

Постарайтесь побольше узнать о собеседнике. Если есть возможность, нужно почитать интервью, которое давал будущий собеседник другим журналистам, обращая внимание на то, какие темы ему особенно близки, о чем он говорит более, а о чем – менее охотно, какие вопросы ему чаще всего задают (чтобы самому их не задавать).

Разумеется, бывают случаи, когда герои интервью ранее не был объектом интереса газет. И даже в таком случае можно пронести полезные расспросы о вашем будущем собеседнике у членов его семьи, соседей, коллег по работе, учителей и т. д.

Если вы пишете на какую-то особенно деликатную тему, может понадобиться посредник: человек, которого и вы знаете, и тот, с кем вы собираетесь разговаривать.

Где и когда.
Почти всегда о длительных интервью договариваются заранее. Журналисту следует уточнить, каким временем располагает собеседник, и в зависимости от этого планировать интервью.

Следует учесть, договариваясь о времени и месте встречи, что в рабочее время ваш собеседник будет чаще отвлекаться, его могут куда-то вызвать, во время разговора будет постоянно звонить телефон и т. д. Кроме того, в кабинете обычно получается более официальный и сдержанный разговор, поэтому желательно встречаться на нейтральной территории и иметь для беседы достаточный запас времени.

Однако многие считают, что интервью лучше проводить в обстановке, привычной для человека: у него дома, на работе, в школе, церкви.

Иногда удачными оказывается интервью, взятое во время обеда или ланча. Если позволяют обстоятельства, можно провести «мобильное» интервью: начните на работе у интервьюируемого, затем сходите с ним куда-нибудь поесть, отправьтесь с ним к нему домой, попросите показать дом и сад и т. п. С занятыми людьми часто удается поговорить лишь, когда они направляются куда-либо на машине.

Музыкальный фильм второй половины 80-х годов «АББА»: там сюжет строится на том, что журналист всю картину гоняется за знаменитым квартетов в поисках интервью и, наконец, берет его, случайно совпав с Агнетой, Бьерном, Бенни и Анни-Фридой в лифте.

Готовить вопросы заранее.
Основной этап подготовки – составление перечня вопросов. Как писал немецкий философ Гегель, «требуется известное развитие для того, чтобы уметь задавать вопросы, так как иначе может получиться ответ, что вопрос никуда не годиться». Проще говоря, каков вопрос, таков и ответ.

Вопросы у вас начнут возникать, когда вы станете изучать тему и узнавать больше о будущем собеседнике.

Вопросы должны быть понятными (иметь для собеседника тот же смысл, что и для журналиста), по возможности краткими (вопрос должен содержать в себе одну мысль, иначе ответ не будет полным), а также нестереотипными.

Журналисты часто вспоминают американского альпиниста Рика Базетта, который, опережая стандартные вопросы репортеров, написал на своей спортивной майке: «Наверху отличная погода. Мой вес в норме. Жена и дети в порядке. На достигнутой высоте не остановлюсь».

Официальные лица часто просят заранее передать им вопросы, но это не значит, что можно ограничиться перепиской: журналист напишет вопросы, интервьюируемый (или его пресс-служба) – ответы. Необходимо стремиться к личной беседе, пусть даже с заранее оговоренными вопросами. Содержание такого разговора всегда глубже, оно уникально, т. к. обогащается дополнительными нюансами, новыми вопросами и поворотами.

На интервью по телефону или e-mail следует соглашаться только в том случае, если нет никакой возможности встретиться лично. (Интервью в Интернете, все более популярные, конечно, берутся посредством e-mail или ICQ.)

Запишите вопросы в том порядке, как вы планируете их задавать. Этот список будет лежать перед вами во время интервью, с ним вы не потеряете нить беседы и не забудете нечто важное. Можно даже прорепетировать вопросы вслух, направляясь на интервью.

Следует пригласить с собой фотографа. Если это невозможно, имейте при себе «мыльницу». В самом крайнем случае, попросите готовое фото у вашего собеседника. Интервью в газете и журнале обязательно должно сопровождаться портретом героя.

Я бы не стал напоминать о необходимости иметь запасные батарейки для диктофона и кассеты, если бы конфузы «по техническим причинам» не случались весьма часто с начинающими авторами. (Со мной такое случилось однажды во время интервью с Виктором Двоскиным, выдающимся джазовым барабанщиком и организтором концентов американских джазменов в России. Вот была досада!)

Проведение интервью

Репортер должен быть одет соответствующим образом, любезен и деловит. «Вы никогда не сможете изменить первое впечатление о себе…»

Профессиональные манеры репортера не исключают кратких предварительных любезностей. Так, репортер должен быть уверен в том, что произносит имя собеседника правильно: искаженное имя может сильно повредить беседе.

Интервью – это общение, а люди непредсказуемы. Поэтому всегда возможны по меньшей мере два сценария для журналиста.

Кролик или удав?
Сценарий 1.
Если собеседник не привык давать интервью, то он, вероятно, будет чувствовать себя не в своей тарелке с журналистом. Некоторых повергает в ступор вид работающего диктофона. Можно ободрить такого собеседника, сказав, что вы заинтересованы в получении абсолютно точной информации.

Журналист Л. Плешаков: «Я считаю, что надо обязательно спросить разрешения записывать разговор на пленку. Некоторых это смущает. Поэтому стоит прибегнуть к маленькой хитрости. Записав несколько первых фраз, извиниться перед собеседником, выключить диктофон и, перемотав пленку, включить на режим прослушивания. Услышав собственные зафиксированные слова, собеседник, как ни странно, успокаивается, убеждаясь, видимо, что нет никакого подвоха. Я всегда пользуюсь этим приемом, и он действует безотказно. Ни в коем случае не записывать разговор тайком! Лучше оговорить свое право перезвонить для проверки каких-то цифр, формулировок, фамилий».

Смысл любого интервью в том, что ваш собеседник должен говорить. Если он молчит, попробуйте сказать, что вы только выполняете свою работу и хотите сделать ее хорошо.

Сценарий 2. Обратная ситуация – когда вы, начинающий интервьюер, беседуете с популярным артистом или политиком. Одни «устали от журналистов», другие могут иметь какие-то свои виды на интервью. Держитесь на равных с собеседником, кем бы он ни был (разумеется, соблюдая этикет). Создавайте атмосферу взаимного уважения и полноценного сотрудничества. Помните, вы представляете на встрече не одного себя, а всех ваших читателей. Будьте самими собой. Не кроликом. И не удавом.

Должен ли журналист вести себя в ситуации интервью естественно или он должен играть? На этот счет существуют разные мнения, вот одно из них: «Вот вы видите перед собой подкрашенную даму в брючном костюме, – говорила одна журналистка, – в ушах у меня крупные серьги. Когда я поехала в колхоз писать о передовой доярке, думаете, я их сняла? Ничего подобного, и брюки с собой взяла, и сигареты. А если я в Арктике не крашу ресницы, то только потому, что погода не позволяет».

Не исключено, что собеседник выразит недовольство по поводу того, как вы лично, ваша газета или средства массовой информации вообще писали ранее о каком-либо событии. Выслушайте все претензии, но помните, что вы вовсе не обязаны отвечать на них. Если все же решили ответить, не следует спорить и раздражаться. Не извиняйтесь, если ваши извинения неискренни или если вы не чувствуете за собой вины. Самое лучшее в таких случаях – выслушать претензии собеседника, признать, что такое могло произойти и дать несколько кратких объяснений, если они уместны.

Есть контакт!
Человека, к которому пришел корреспондент, прежде всего, интересует цель и причина беседы, по которой в качестве интервьюируемого выбран именно он. Задача журналиста – определить их таким образом, чтобы, не искажая действительность, расположить его в пользу интервью, вызвать желание сотрудничать с интервьюером. Еще когда договариваетесь с человеком об интервью, и в тот момент, когда оно начинается, откровенно расскажите собеседнику, над каким материалом вы работаете.

В целом самым побудительным мотивом для собеседника является серьезность намерений журналиста. «Покажите, что вы ставите серьезную задачу, и вы обязательно увлечете этим интервьюируемого» (Х. Шервуд).

Постарайтесь установить контакт на личностном уровне. Люди окружают себя дома и на работе книгами, фотографиями, произведениями искусства, сувенирами, которые дают много поводов начать беседу, помимо разговора о погоде.

Читайте так же:  Нужно ли регистрировать договор найма жилья

Умение слушать весьма важно для установления взаимопонимания с собеседником. Успех интервью в большей степени зависит от вашего умения слушать, чем от задаваемых вопросов. Говоря, вы не получаете никакой информации. Говорите лишь то и тогда, когда это помогает установить контакт с собеседником и направить интервью в нужное русло.

Следует проявлять искренний интерес к собеседнику – как это умеют делать мошенники. Людям нравится, когда ими интересуются.

Контакт установлен и собеседник захвачен темой, когда он перестает обращать внимание на фотографа, который делает свою работу параллельно вашей. Самые лучшие снимки – когда объект не позирует.

Контроль.
Нужно научиться контролировать ход беседы и владеть достаточным количеством приемов, способных стимулировать общение. Вот какие советы дает начинающим интервьюерам патриарх отечественной журналистики Анатолий Аграновский: не молчать при разговоре, не стыдиться незнания, втягивать собеседника в процесс обдумывания, заострять предмет возможного спора.

Сценарий 1. Не перебивайте, если интервьюируемый в своем рассказе отклоняется от основной темы. Люди рассказывают не так, как мы пишем об этом. Они зачастую не начинают с главного. Дайте собеседнику время добраться до сути.

Не будьте рабом заготовленного списка вопросов. Уже первые вопросы и ответы могут придать беседе совершенно иное, чем предполагалось репортером, направление. В результате может получиться даже более удачный материал.

Беседует журналист В. Логачев с Ю.Шевчуком. Часть вопросов задается по заранее заготовленному списку, а часть возникла в ходе беседы:

  • Ты ведь по профессии художник?
  • А гитару-то когда первый раз в руки взял?
  • Как появилась первая гитара?
  • А профессиональная группа «ДДТ» когда сложилась?
  • Откуда это название—«ДДТ»?
  • Хорошо, Шевчук бессребреник, но музыкантам группы жить на что-то надо?
  • Интересно, каким образом?
  • Но все-таки, на что живет «ДДТ»?
  • Тайнами личной жизни не поделитесь?

Сценарий 2. Во время интервью важно все время быть начеку и соответствующими вопросами возвращать разговор в нужное русло, если собеседник забирается в какие-то не относящиеся к делу области. Это не слишком легко для начинающих репортеров, особенно если их собеседники намного старше, знамениты или облечены властью. Но и в этом случае может помочь предварительная подготовка.

Некоторые люди, например, политики, умеют произнести много слов, не сказав ничего. Репортер должен спросить себя: действительно ли он получил ответ на заданный вопрос или же ответ абсолютно ничего не означает? Если вопрос все-таки остался без ответа, попробуйте перефразировать его и задать еще раз. Можно даже сказать собеседнику, что он не ответил на ваш вопрос.

Вопросы.
Сценарий 1.
Начинайте интервью с общих вопросов, постарайтесь разговорить собеседника. «Расскажите мне об этом», «Как это было?», «Посвятите меня в…» Подобные вопросы помогают человеку начать рассказ. Они также дают ему возможность рассказать что-то, о чем вы в силу незнания фактов никогда не спросили бы. Кроме того, общий характер вопросов дает интервьюируемому возможность почувствовать, что именно он контролирует ход интервью.

Сценарий 2. Иногда, напротив, следует заинтересовать собеседника нестандартным вопросом, выказывающим осведомленность журналиста.

Известный американский журналист Либлинг одним из лучших своих материалов считал очерк о жокее. «Когда я интервьюировал его, – вспоминает журналист, – первый вопрос, который я задал, был такой: «На сколько дырок выше вы затягиваете левое стремя по сравнению с правым?» Это легко заставило его разговориться, и через час, в течение которого я вставил около дюжины слов, он сказал: «Я вижу, вам много приходилось иметь дело с наездниками».

Вопрос должен содержать в себе одну мысль. В противном случае интервьюируемый отвечает только на последнюю часть вопроса или на ту, которую ему легче запомнить.

Интервью будет проходить более живо и естественно, если время от времени вы будете произносить короткие фразы или задавать вопросы, помогающие собеседнику продолжать свой рассказ, например «Вот как?», «Правда?», «И что было дальше?», «И как вы на это отреагировали?»

Чтобы получить более детальную и конкретную информацию, которой не получишь через общие вопросы, задавайте вопросы прямые. Например: «И сколько Вы заплатили за это?», «Почему Вы это сделали?»

Подготовленный в США «Справочник для журналистов стран Центральной и Восточной Европы» дает следующие советы интервьюерам.

В начале разговора задайте вопрос-другой, на которые вы сами знаете ответ. Это поможет проверить, насколько правдив собеседник. Относитесь скептически к любому ответу, который нельзя проверить.

Убедитесь в том, что понимаете ответы. Если сомневаетесь, попросите объяснить. Если сомнения остались, опишите ваше понимание ответа и спросите у собеседника, верно ли оно. Это особо важно в беседах на научно-технические темы.

Задавайте вопросы, на которые нельзя ответить односложно “да” – или “нет”. Незавершенные вопросы обычно вызывают более откровенные ответы.

Попробуйте начать вопрос с “как” или “почему” – “Как вы себя чувствовали в тот момент?” или “Приняли бы вы такое же решение еще раз?” или “Что удивило вас в такой-то ситуации?” и т. д. Такие вопросы помогают вам больше узнать о собеседнике.

Поговорите о биографических подробностях. Вызовите собеседника на разговор о нем. Спросите: “Какое самое тяжелое переживание связано у вас с. ”

Ведите разговор так, чтобы всегда предполагался ответ. Не просите: “Не хотите ли прокомментировать то-то и то-то. ” Собеседник может сказать “нет”. По возможности задавайте вопрос так, как будто вы уже знаете ответ или часть ответа.

Если собеседник уклоняется от ответа, перефразируйте вопрос и задайте его снова, но немного позже.

Опираясь на свои предварительные исследования, задавайте вопросы типа: “О вас говорят так-то и так-то. Какова ваша реакция на это?”

Пресекайте заходы типа: «Возможно, я ошибаюсь, но мне кажется. » Вы не сможете использовать сказанное с такой оговоркой в интервью.

Записывайте возникающие у вас по ходу интервью новые вопросы, иначе вы их забудете.

Берегите самые жесткие вопросы для конца интервью. Это даст возможность наладить контакт с собеседником прежде, чем вы начнете задавать неприятные вопросы. Даже если после одного из подобных вопросов собеседник откажется дальше говорить, вам все-таки уже удастся получить некоторую информацию.

Не забывайте о подробностях описываемой истории. Проявляйте наблюдательность, делайте записи, и задавайте вопросы по поводу обстановки, окружающей вашего собеседника.

Попросите собеседника показать относящиеся к делу документы. Письма или личный дневник могут быть гораздо более эмоциональны, чем ответы во время интервью, когда со времени события уже прошло какое-то время. Юридические или финансовые документы дадут точную информацию о датах или суммах, тогда как, отвечая на ваши вопросы, интервьюируемый зачастую припоминает их лишь приблизительно. В резюме может содержаться информация, о которой скромный человек умолчит, если ему не напомнить.

Просите сделать копии документов. Просите разрешения взять с собой фотографии для сканирования в редакции с гарантией скорейшего возврата.

Используйте т. н. “беременную” паузу. Если собеседник сразу не отвечает на вопрос полностью, тихо ждите, изображая ожидание. Часто по мере того, как убегают секунды, собеседник делает для себя заключение, что вам нужны еще какие-то детали, и дополняет короткий ответ. Трюк заключается в умении с пользой “перемолчать” собеседника.

Завершайте интервью одним или несколькими вопросами общего плана: «Вы не хотели бы добавить что-нибудь еще?», «С кем еще вы бы посоветовали мне поговорить на данную тему?», «На Ваш взгляд, о чем еще следовало бы написать моей газете?»

Продолжайте беседу и после того, как вы закрыли блокнот и выключили диктофон. Это самый благоприятный момент для наиболее искренних ответов.

В конце интервью поблагодарите собеседника, который потратил на вас свое время, и договоритесь о возможности связаться с ним, может быть, по телефону, если вы вдруг обнаружите какие-то пробелы в своем материале. Оставьте о себе самые лучшие воспоминания – ведь этот человек может не раз пригодиться вам в качестве информатора. Если есть вероятность того, что он не сможет приобрести газету или журнал, пошлите ему вырезку с опубликованным интервью.

Если интервьюируемый все-таки не позволил вам воспользоваться диктофоном, сразу после интервью сядьте где-нибудь поблизости – прямо за дверью рабочего кабинета, например, – и восстановите разговор, набрасывая заметки или наговаривая в диктофон. Память может подвести, и то, что кажется совсем свежим впечатлением, часто забывается уже по пути в редакцию.

Визировать или не визировать?
Сценарий 1.
Обязательный этап работы над интервью – уточнение, проверка фактов, цифр, названий, фамилий. Чтобы снять с себя ответственность за возможные ошибки и искажения, журналисты часто отдают готовый материал на визирование собеседнику, и пока он не поставит свою подпись под текстом, удостоверяющую, что его слова и мысли переданы точно, интервью не сдают в набор.

Официальные лица и известные люди часто соглашаются на беседу только при условии, что им покажут материал до опубликования и учтут их замечания. При этом журналист должен иметь в виду, что за свои слова и комментарии он отвечает сам, и никакое должностное лицо не имеет права исправлять текст, написанный от имени автора, если он не содержит фактических ошибок.

Сценарий 2. Вместе с тем, правовой нормы насчет визирования не существует. Если журналист уверен, что передает слова собеседника точно, он может не тратить на визирование время.

Не стирайте запись интервью какое-то разумное время. Кассета – доказательство, что ваш визави сказал именно то, что вы напечатали.

Из журналистского сетевого форума.
– Интервью берут или проводят?
– Берут. Журналисты все берут, даже если им не дают.